День, важный для нашей истории

Вряд ли поспоришь с мнением, что историю нужно помнить не от даты к дате, а постоянно. Ведь историческая память составляет основу национального самосознания. Но как калитка в школьный двор пробуждает волну воспоминаний о детстве, так и знаменательные дни связаны с целыми пластами нашего прошлого. Вот очередное 17 сентября — ровно 79 лет назад Красная Армия вступила на территорию Западной Белоруссии.

Западная Белоруссия. Старая крестьянка приветствует бойцов и командиров Красной Армии.
ФОТОХРОНИКА ТАСС.

Казалось бы, это должна быть общепризнанная на национальном уровне дата, символизирующая единство белорусского народа. Ан нет! Некоторые относятся к ней со скепсисом. Дескать, и освободили не те и не так. Да и вообще, в результате пресловутого «пакта Молотова — Риббентропа»... Трудно уразуметь такое чистоплюйство. Главное — белорусский народ воссоединился в границах единого государства, того самого, которое стало учредителем ООН и без которого не было бы и современной Республики Беларусь. А исторические нюансы и огрехи можно исчислять до бесконечности.

Порой приходится слышать и такие побасенки: мол «мне моя бабка рассказывала, как хорошо жилось при панах». Любопытно, что этот же метод («одна
баба сказала») используется и для дискредитации партизанского движения в годы Великой Отечественной войны. Однако бабки бывают разные, а вот исторические факты — вещь, с которой трудно спорить.

К 1920 году в Западной Белоруссии работало более 400 белорусских школ, в 1928–м осталось 28 белорусских и 51 польско–белорусская, в которых обучались менее 8 тысяч детей. К 1939 году все белорусские школы были преобразованы в польские. Даже знаменитая Виленская белорусская гимназия была превращена в филиал польской. По данным официальной статистики, начальную школу не посещали 13% детей, а неграмотные составляли 35% населения Западной Белоруссии.

В 1927 году в Западной Белоруссии издавалось 27 белорусских газет и журналов, в 1937–м осталось только 8, которые проходили жесткую правительственную цензуру.

Гонениям подвергалась православная церковь. Из 500 церквей 300 были преобразованы в костелы.

В период правления Пилсудского в крайне плачевном состоянии находилось хозяйство Западной Белоруссии. Эти земли составляли 24% территории II Речи Посполитой и 13% ее населения, а удельный вес промышленного производства — лишь 3%, выработка электроэнергии — 2%. Например, из 200 промышленных предприятий Белостока к концу «польской власти» осталось только 83. Сознательно разорялись те фабрики и заводы, которые составляли конкуренцию аналогичным производствам в этнической Польше. Так, текстильщики Белостока конкурировали с Лодзью. В результате текстильная промышленность крупнейшего индустриального центра Западной Белоруссии была полностью уничтожена.

Велась хищническая эксплуатация природных богатств нашей земли. За 18 лет было вырублено 589,2 тыс. га леса, а его натуральный прирост составил только 41,8 тыс. га.

Колониальная политика польских властей носила вполне откровенный захватнический характер. На «кресывсходне» переселялись бывшие легионеры Пилсудского и другие польские граждане — так называемые осадники. К 1934 году их общее количество составило 9 тысяч человек (по другим данным, осадников было в несколько раз больше). На льготных условиях или вообще бесплатно в их распоряжение передавались большие земельные участки — от 15 до 45 га.

Неудивительно, что только в середине 1930–х годов из Западной Белоруссии за океан эмигрировало более 78 тысяч местных жителей.

Белорусы активно боролись против польских оккупантов. В начале 20–х годов здесь шла полномасштабная партизанская борьба, в которой участвовали тысячи патриотов. Затем была создана Белорусская крестьянско–рабочая громада, самая массовая общественно–политическая организация того времени, объединявшая более 120 тысяч человек. Не в силах совладать с ростом национально–освободительного движения, пилсудчики в начале 1927 года разгромили громаду, арестовав более 800 ее участников. Но борьба продолжалась.

Поэт Максим Танк, сам прошедший польские застенки, писал в те дни:

Калi няма на свеце маёй мовы,
Майго народа i мяне самога, —
Дык для каго будуеце, панове,
Канцлагеры, катоўнi i астрогi?
Супроць каго рыхтуеце расправы
I шыбенiцы ўзносiце пад хмары,
Штодня арганiзуеце аблавы
I ўсiх мабiлiзуеце жандараў?

Массовые аресты, расстрелы демонстраций, жестокий террор остались в арсенале польских властей и в дальнейшем. Символом репрессивной политики режима Пилсудского и его наследников стал концлагерь в Березе–Картузской, созданный для изоляции «общеcтвенно опасных элементов».

Что же мы, современные белорусы? Чтим ли память тех людей, кто жертвовал своей свободой, жизнью, наконец, в борьбе за единство белорусского народа?! Да, вроде бы есть улицы, названные в честь 17 сентября и отдельных героев той борьбы. Но как–то вся эта тема находится в тени. А ведь уже неоднократно высказывалась идея сделать памятным днем если не само 17 сентября (все–таки мы не можем не учитывать вполне понятную болезненную реакцию наших соседей–поляков), то хотя бы 14 ноября, когда Верховный Совет БССР принял в состав республики Западную Белоруссию. В любом случае уже сейчас нужно задуматься, как достойно отметить в следующем году 80–летие воссоединения нашего народа. Это наш долг — потомков тех людей, которые сражались за то, чтобы Беларусь была единой, чтобы никто не смел белорусу на его земле запрещать называться белорусом.

Вадим ГИГИН, кандидат исторических наук, доцент, декан факультета философии и социальных наук БГУ.

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
3.44
Загрузка...