Демаркация границ ответственности

Смягчение наказания за некоторые наркопреступления, замена конфискации имущества крупными штрафами - что еще предлагают внести в новый законопроект

Сейчас на рассмотрении в Палате представителей находится законопроект об изменении некоторых кодексов, в том числе Уголовного. Среди статей, в которых могут появиться изменения, — 328-я, определяющая меру ответственность за наркопреступления. Новый законопроект предлагает смягчение наказания по некоторым ее частям. Для  чего нужно изменять законодательство, которое работает эффективно? Этот вопрос мы обсуждали за круглым столом с гостями редакции Екатериной Шелеговой, заместителем начальника управления по наркоконтролю МВД, и Василием Чеканом, членом Постоянной комиссии по национальной безопасности Палаты представителей Национального собрания. 

Статистика свидетельствует, что в среднем один человек вовлекает в наркоманию 7—8 знакомых.

Меняется  не  впервые 

«Р»: Статья 328 Уголовного кодекса корректируется не в первый раз за последнее время…

Екатерина Шелегова:
Действительно, в 2015 году она претерпела ряд изменений. Среди молодежи распространяли новые виды психоактивных веществ, вызывающих сильнейшую зависимость и склонность к суицидам, а также влекущих скорое и необратимое разрушение организма. Поэтому часть третью дополнили квалифицирующим признаком — сбыт наркотиков заведомо несовершеннолетним. Наказание увеличилось с 13 до 15 лет лишения свободы. Участились случаи изготовления психотропных веществ в лабораторных условиях, причем этим могла заниматься организованная группа, которая способна за короткий промежуток времени изготовить значительное количество наркотиков. Часть четвертую дополнили соответствующими квалифицирующими признаками. Санкции увеличили с 15 до 20 лет лишения свободы. Частью пятой введена ответственность за сбыт веществ, которые могут повлечь гибель человека, санкция — от 12 до 25 лет неволи. За повторное в течение года появление в общественном месте в состоянии наркотического опьянения введена уголовная ответственность. В профилактических целях снижен возрастной предел привлечения к уголовной ответственности за сбыт наркотиков с 16 до 14 лет.

«Р»: То есть закон пошел по пути ужесточения? 

Екатерина Шелегова: Да, но именно по особо тяжким составам, связанным со сбытом наркотиков. При этом каждое изменение обосновано. Нужно было оперативно реагировать на новые психоактивные вещества, которые в 2012—2014 годах появлялись в Европе со скоростью 2—3 вещества в неделю. Тогда существовала острая необходимость в пересмотре правоприменительной практики. Если бы не принятые в 2014 году меры, мы бы потеряли значительную часть нашего молодого поколения. В то время ситуация начинала приобретать характер эпидемии.

Теперь же число летальных исходов значительно снизилось: 6 случаев за пять месяцев в этом году против 17 за аналогичный период в прошлом. И среди этих шести погибших молодых людей нет — это наркоманы со стажем, ранее судимые. По сравнению с прошлым годом на 39 процентов стало меньше передозировок. За пять месяцев текущего года было лишь 4 таких случая: по одному в Витебской и Гомельской областях, два в Минске. То есть меры, которые принимаются, пусть и не популярны, но эффективны.

Изменения  возможны, но  не  обязательны

«Р»: Это значит, закон работает. Какие причины побудили внести в него корректировки? 

Екатерина Шелегова: МВД не является инициатором и сторонником каких-либо корректировок уголовного законодательства в части антинаркотических статей. Наша позиция аргументирована и основана на многих объективных факторах. Ее поддерживает ряд государственных органов, в первую очередь Верховный Суд. Убеждены, если что и требует пересмотра, то именно правоприменительная практика, но не законодательство. Я имею в виду подход к квалификации преступлений, индивидуализации при назначении наказания. 

«Р»: А что по этому поводу думают законодатели?

Василий Чекан:
Хочу еще раз подчеркнуть, что 328-я статья — только одна из многих, в которые предлагается внести изменения. Корректировки законодательства происходят постоянно, можно сказать, это рутинная работа. Например, рекомендуется декриминализировать статью «Деятельность от имени незарегистрированной организации»; значительно ужесточить наказание за измену государству; расширить формулировку статьи «Доведение до самоубийства» и добавить новую — «Пропаганда самоубийства», которая позволит наказывать создателей соответствующих групп в соцсетях. Конфискацию имущества предлагается заменить крупным штрафом. Новый законопроект поступил от Совета Министров. Комиссия по национальной безопасности направила его всем заинтересованным ведомствам — в суд, прокуратуру, МВД, Государственный комитет судебных экспертиз и прочим. Документ находится в открытом обсуждении, внести свои предложения может любой гражданин. Сейчас идет обработка и анализ информации. Когда все обсудим, вынесем на первое чтение, затем на второе. Все это время в законопроект еще можно вносить поправки и дополнения. Если будет принят в двух чтениях, направим в Совет Республики, оттуда — на подпись Президенту. Такова процедура рассмотрения и принятия новых законов. 

«Р»: Так какие же изменения предлагаются?

Василий Чекан: Снизить минимальный срок наказания по некоторым частям статьи 328: с 5 до 3 лет по части второй, за незаконные с целью сбыта изготовление, приобретение, хранение, перевозку и сбыт наркотических веществ, и с 8 до 6 лет — по части третьей. Это ответственность за вышеперечисленное, совершенное группой лиц, или же повторно, или в крупном размере. То есть наказание может выглядеть так: от 3 до 8 лет по части второй и от 6 до 15 лет — по части третьей. 

«Р»: Интересно, что говорят о возможных изменениях статьи представители небезызвестного материнского движения?

Василий Чекан:
Они хотят более радикальных решений: амнистии, акта о помиловании — чего-нибудь такого, что позволит освободить их близких. Или хотя бы значительно уменьшить сроки их пребывания в местах лишения свободы. Говорят, под их личную ответственность… 

Жертвы наркотического  зелья

«Р»: Когда их чада связались с наркотиками, они как раз и находились под их ответственностью. А мамы не думают, что их дети в неволе будут просто жить? Пусть не совсем комфортно, но жить, без риска смертельных передозировок, без постоянной угрозы заразиться ВИЧ, гепатитом?

Екатерина Шелегова: Многие здравомыслящие родители так и рассуждают. Действительно, практически все, кто имел отношение к распространению наркотиков, потребляли их и сами. А жить с зависимым страшно. Чтобы вытащить его с этого дна, требуются колоссальные усилия, терпение, деньги. Один наркозависимый создает широкий круг созависимых — мать, отец, братья, сестры, жены, дети, которые страдают психологически в разы больше, чем он сам. Родители, которые лечат своих детей, так и говорят: «О чем речь? Какое смягчение наказания? Он втянул моего ребенка!» А статистика свидетельствует, что в среднем один человек вовлекает в наркоманию 7—8 знакомых. 

Василий Чекан: По-моему, проблема в малой информированности. Молодые люди зачастую просто не знают, что им грозят такие серьезные сроки, ведутся на предложения быстро и легко заработать. В интернете же идет очень активная, даже агрессивная реклама наркотиков: «Легкий заработок! Безопасно!» Не каждый может устоять! 

Екатерина Шелегова: Речь даже не столько о молодых людях, сколько об их родителях. Жизнь молодежи сейчас во многом проходит в виртуальном пространстве. А родители не всегда видят, чем занимается их ребенок, они слишком заняты. Это бич нашего времени: мы мало общаемся со своими детьми. А потом, когда они попадаются на сбыте наркотиков или начинают зависеть от них, что-то делать слишком поздно... 

Фото Александра КУШНЕРА.

Ни  полграмма  в  сторону!

«Р»: Насколько мне известно, шла речь также о введении дифференциации ответственности для лиц, которые сбывают наркотики систематически и в крупных объемах, и тех, кто приобретает и передает незначительное количество наркотика исключительно в целях их совместного потребления. 

Екатерина Шелегова: Ответственность за потребление и распространение и так разграничена. За употребление наркотиков наказание не предусмотрено, есть лишь административная ответственность за появление в общественном месте в состоянии наркотического опьянения. 

«Р»: Но если я захочу принять наркотики, то я их куплю, и некоторое время, пусть самое минимальное, они пролежат у меня в кармане. А это уже хранение.


Василий Чекан: Верно. Часть первая статьи 328, хранение без цели сбыта, наказывается ограничением свободы на срок до 5 лет или же лишением свободы от 2 до 5 лет. 

«Р»: То есть фактически наказуемо все, что связано с наркотиками.

Василий Чекан: Да, считаю, все это должно быть наказуемо. 

Екатерина Шелегова: В России предусмотрена административная ответственность за незаконные приобретение, хранение, перевозку, изготовление, переработку без цели сбыта наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов. Но именно это и создает тот люфт, который позволяет наркоторговцам беспощадно вовлекать все больше российской молодежи в наркоманию. Между тем есть препараты, для передозировки которых достаточно одной тысячной доли грамма. Даже от вдыхания их дыма можно получить отравление. 

Василий Чекан: На мой взгляд, послабления в этом вопросе нельзя допускать. 

Екатерина Шелегова: Более того, сегодня в нашей работе мы делаем упор именно на выявление организованных групп, проходим по цепочке от закладчика до организатора. 

Василий Чекан:
Недостаточно об этом информируете! О задержаниях распространителей сообщаете, а о поимке организаторов — нет. И люди думают: вот, рядовых взяли, а тот, кто втянул наших детей, ушел от ответственности…

Екатерина Шелегова: Соглашусь с вами лишь отчасти, поскольку освещение той или иной темы зависит не только от нашего желания, но и от возможностей СМИ. Мы сообщаем и о задержании организаторов, но это кропотливый труд, который требует времени. Ведь торговля ведется через интернет, анонимно, покупатели не знают своих поставщиков, те зачастую находятся за пределами нашей страны. Тем не менее, инструментов, чтобы их выявлять, у нас достаточно. В этом году раскрыто 257 преступлений, совершенных группой лиц, 143 — в составе организованной группы. И когда мы проходим по всей этой цепочке, мы сообщаем о поимке, только информация уже «остыла». 

Василий Чекан: А вы конкретизируйте: мол, задержан тот, из-за кого полгода назад наказали десять человек.

Возвращение  к  жизни

«Р»: Не поступало ли предложений по поводу вовлечения осужденных в общественно полезную жизнь? Ведь большинство тех, кто попадается за распространение, — молодые люди, студенты и даже школьники. Они могли бы учиться, работать.

Екатерина Шелегова:
В колонии есть возможность получить образование дистанционно. Там проходят обучение, изучают языки, получают специальности. Тот, кто захочет, выйдет образованным человеком. Но в вопросах антинаркотической деятельности проблемы социализации и реабилитации очень актуальны. К сожалению, те формы, которые есть у нас сейчас, не работают. Отсутствует эффективная система лечения. В наркологии можно пройти 28-дневный курс, в течение которого проводится детоксикация, какое-то лечение. Многие наркоманы приходят туда просто снизить дозу. 28 дней, а потом вакуум. Хорошо, помогают общественные организации, такие как «Центр здоровой молодежи», «Феникс», «Анонимные наркоманы», «Позитивное движение», «Матери против наркотиков». 

Очень хорошая система реабилитации в Китае. Как только человека замечают в употреблении наркотиков, он должен пойти лечиться. Откажется — получит серьезный срок. Сначала его пролечивают, «промывают» 2-3 месяца. Затем с ними работают психиатры, психологи, параллельно проводится трудотерапия. Такой серьезно организованный процесс требует немалых финансовых вложений. 

Пройдет не так много времени — и осужденные за наркотики станут освобождаться. Их нужно подхватить, поддержать, помочь социально адаптироваться. Должны быть пересмотрены критерии заболеваний и трудоспособности, по которым можно допустить к работе. Например, наркозависимого не возьмут маляром: ему нельзя подниматься выше трех ступенек лестницы. И куда ему деваться? Решение подобных задач нужно прорабатывать с Министерством труда, Минздравом. Наркоманы — тоже члены нашего общества, им нужно помогать вернуться к нормальной жизни. Вот над чем сейчас следует работать, вот что требует законодательного усовершенствования. 

nevmer@sb.by

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...