Бюро добрых слуг

...Оказывается, проблемы придорожного сервиса еще не решены. Наоборот, проблемы эти — впереди...

Двадцать девятый километр трассы М6 (Минск — Гродно). Слева, если ехать из столицы, небольшое кафе и магазин. Справа — стоянка, канава и скелет забегаловки, которая стояла здесь с середины 90–х, а недавно сгорела дотла. В этом пепелище при желании можно разглядеть метафору обновления — ведь в последние годы придорожный сервис перезагрузился, оживился, стал наконец–то развиваться. Мы уже не вспоминаем о пресловутой пропорции «100 к 1», когда желающий заняться бизнесом у дороги должен был пройти через сто инстанций. Забыто, кажется, и обидное определение — «сервис на обочине». Но ситуация на 29–м километре, где минский инвестор решил навести порядок, а столкнулся с непониманием и безразличием, к сожалению, снова возвращает нас в недалекое прошлое. Оказывается, проблемы придорожного сервиса еще не решены. Наоборот, проблемы эти — впереди.


Но обо всем по порядку. Виктор Повзун, гендиректор минской турфирмы, услышал по телевизору о том, что придорожный сервис у нас в фаворе, что он льготируется и поддерживается, и решил диверсифицировать бизнес. Выкупил фирму, которая владела двумя захудалыми «пунктами общественного питания» (по–другому и не назовешь) неподалеку от Ракова.


Место предприниматель, как казалось ему вначале, выбрал выгодное. Рядом с кафешкой, которая сгорела, — стоянка, на ней регулярно паркуются водители автопоездов. Значит, клиентура обеспечена.


— Хорошо, если бы здесь построили что–нибудь стоящее, — рассказал мне один из «дальнобойщиков», пан Анджей, который остановился на стоянке, чтобы отдохнуть. — Регулярно езжу по этой трассе. Дороги у вас хорошие, но — пустые. «Голые», как деревья в ноябре. У нас в Польше, когда едешь на Берлин, кафе через каждый километр — справа, слева... И все работают, никто не обанкротился.


Поляк отправляется в путь, а Виктор Повзун продолжает рассказывать о планах. В нескольких шагах от стоянки родник — проезжающие по трассе автомобилисты часто останавливаются здесь, чтобы набрать воды. Криницу можно облагородить, убрать отсюда банки–склянки. Еще дальше — стена леса. За деревьями, если пройти несколько метров, бобровая плотина. Это и вовсе идеальный объект для туризма. Если территорию огородить, убрать мусор, поставить беседки и мангалы, сюда можно даже иностранных туристов привозить.


Но основным объектом инвест–«композиции» В.Повзун намеревается сделать кафе — аккурат на месте нынешнего пепелища. Эстонские специалисты нарисовали для него проект. Солидное двухэтажное здание, с банкетным залом, душем, комнатами отдыха... Рядом бизнесмен решил организовать шиномонтаж — услуга в дороге нужная и на наших трассах все еще редкая. По крайней мере, на гродненской таких пунктов единицы.


Такие вот планы, основанные на серьезных вложениях. Для местных властей — находка. Инвестора, казалось бы, надо брать за руку, водить по кабинетам и каждые полчаса предлагать чай с пирогом — чтобы вдруг не передумал и деньги свои в другое место не перевел.


Изучив спрос, просчитав окупаемость проекта, В.Повзун и отправился в инстанции с твердой уверенностью, что делает государственно важное дело. Разве могут в таком случае быть заминки с разрешениями и согласованиями? Оказалось — могут. Причем самые неожиданные.


Когда человек желает заняться бизнесом всерьез, он, понятно, рассчитывает передать дело детям и внукам. То есть построиться капитально. Но дорожники, к которым Повзун обратился первым делом, огорошили: разрешение выдается только на временное строение. Потому как в соответствии с одним из постановлений капитальные сооружения можно возводить не ближе чем в 50 метрах от кромки дороги. «Какой же это придорожный сервис?» — удивился предприниматель. Сел за бумаги и обнаружил, что в другом документе к объектам придорожного сервиса относят «капитальные строения, размещающиеся в придорожной полосе». Противоречие? Ничуть. Ведь третий документ протяженность этой полосы устанавливает четко — 100 метров.


Ладно, подумал инвестор: отступлю. Но оказалось, что чуть дальше, в канаве, проходит газовая труба. От нее тоже надо отойти на определенное расстояние. Благо с газовиками вопрос решился быстро. Но, отступив и от трубы, предприниматель уперся в Гослесфонд. «Хотите нашей земельки? Обращайтесь к руководству страны!» — бодро и со знанием вопроса отрапортовали лесники.


Отступать бизнесмену больше было некуда. Но он попытался еще раз. Опять безрезультатно: дорожное начальство снова объяснило предпринимателю, что разрешение на капстроительство дать не может. Районное развело руками и отправило в лесхоз. Там посоветовали все–таки найти компромисс с дорожниками. Порочный круг, в котором заплутал не один наш инвестор, замкнулся.


— Чиновники просто боятся брать на себя ответственность, перестраховываются. А предложение работать на птичьих правах звучит несерьезно. Мне остается разве только поставить кафе на пневмоподушку, чтобы в случае чего перевезти в другое место, — горько шутит Виктор Повзун. — Вот вам и льготы. Вот вам и поддержка.


В  поисках ответа, почему инвестору на трассе не рады, я прошел по тому же кругу. В Минском лесхозе признали: о ситуации на 29–м километре знают. Да, лес там неопрятный, замусоренный — но все из–за отсутствия на остановочном пункте контейнеров для мусора.


— Мы периодически наводим порядок, но времени и сил не хватает — площади слишком большие, — вздыхают лесники. — Поэтому мы только «за», чтобы там появился хозяин. И вопрос с выделением участка на землях Гослесфонда тоже решаем. Для этого инвестор может обратиться официально в органы. Например, в райисполком. Согласовать там, потом с облисполкомом. Пожалуйста, кто против!


В отделе торговли и услуг Минского райисполкома меня также заверили, что развивать придорожный сервис желающим всячески помогают. Инвесторов здесь ценят, уважают, ждут. Да и вообще: район в Минской области — лидер по заключенным инвестдоговорам.


И только в РУП «Минскавтодорцентр» четко и без красных слов объяснили что к чему.


— Возводить капитальные сооружения в зоне 50 метров от кромки дороги запрещено! — категоричен начальник технического отдела Олег Водянович. — И это не наша прихоть. Любое другое размещение создает проблемы для потенциального развития дороги, для перспективы.


А какая она, перспектива? По словам специалистов, не исключено, что скоро трассу расширят до трех полос в каждом направлении. Случиться это может и через год, и через два, и через пять, и через десять...


— Если мы согласуем документы и человек построит капитальное сооружение, а потом его вдруг придется сносить и выплачивать компенсацию, то государство понесет урон, — продолжает О.Водянович. — В случае же с 29–м километром, как мне кажется, предприниматель, приобретая бизнес, просто недостаточно изучил законодательство, другие документы — договор аренды земельного участка, например. Говоря проще, его банально «кинули». При чем же здесь дорожные организации?


Действительно, ни при чем. И про урон государству тоже ясно. Но разве потеря инвестора — не урон?


Еще нюанс. Проедьте из Минска по любой дороге, ведущей в областной центр, — многие кафешки, вполне «капитального» вида, стоят рядом с трассой, впритык, явно в «запретной» зоне. В чем секрет и в чем загвоздка? Выходит, одним строить можно, а другим — запрещено?


Четкого ответа на этот вопрос я не получил. Хотя Иван Ярошевич, начальник дорожного отдела «Белгипродора» (это предприятие является головной проектной организацией в области проектирования автомобильных дорог), предположил: построены они с нарушениями и в случае надобности — т.е. расширения — будут снесены. Можете представить, какой удар это нанесет по зарождающейся сфере придорожных услуг...


Рассказал И.Ярошевич и еще об одном любопытном парадоксе. Оказывается, «кинуть» инвестора могут не только бизнес–партнеры, но и исполнительная власть.


— Как у нас бывает? Предприниматель сначала идет в исполком, где специалисты нередко абсолютно не разбираются в вопросе и не видят перспективы развития дорожной сети. Там он получает участок — а отвести ему могут тот, который исполкому сейчас не особо и нужен. После этого предприниматель начинает собирать техническую документацию. Обращается к нам — и сразу возникают вопросы. Оказывается, там будет развязка, здесь расширят дорогу. Нельзя строить! Поэтому, прежде чем заняться подобным бизнесом, советую потенциальным инвесторам обращаться в «Белгипродор».


Хм... А не слишком ли сложная процедура? Не много ли здесь подводных камней? И не стоит ли уважаемым дорожникам четче формулировать свои планы, согласовывая их со специалистами на местах? Или интересы дороги — безусловно, важные, государственные — перекрывают все иные?


...По трассе мимо сгоревшего кафе, где мог и, хочется верить, все еще может появиться объект придорожного сервиса европейского класса, пролетают автомобили. Кто–то остановится, сбегает в лесок по нужде, поедет дальше. Такой вот уровень... Типичный пока для наших дорог. Почему инвестора, который желает этот уровень поднять, заставляют пятиться, будто он рак или иное членистоногое, нам сказать сложно.


И вроде бы все верно — согласно постановлению А и распоряжению Б. Как бы и по инструкциям все. Только вот с позиции здравого смысла — бестолково. Быть может, если привести в порядок землю, сделав полезное дело, законными методами нельзя, то пора пересмотреть законы?

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...