Народная газета

Бытовой триллер

В Могилеве вынесен приговор убийце двух человек

Минувшей осенью в одном из подъездов дома на улице Габровской в Могилеве нашли два трупа. Местная жительница поутру собралась ехать на дачу, стала спускаться вниз по ступенькам и на одном из лестничных пролетов увидела страшную картину — возле мусоропровода лежали полураздетые люди. Лужи крови и раны на горле. Вскоре жильцы дома испытали очередной шок — убийцей оказался их сосед. “Хороший мужик”, о котором никто и слова дурного сказать не мог...

Коллаж Олега Попова


Виктору Громову (по этическим соображениям фамилии в материале изменены) 36 лет. Обычный человек, из тех, о которых говорят: ни в чем предосудительном замечен не был, адекватный, не агрессивный. Женат, в семье подрастает ребенок. На работе тоже полный порядок. Официально трудился в России мастером по установке и эксплуатации лифтового оборудования. Хорошо зарабатывал. В общем, все у него было для счастья. До 7 сентября.

В то утро Виктор поссорился с женой. Крепкого спиртного он не употреблял, но время от времени позволял себе пропустить несколько стаканчиков пивка. Что жене категорически не нравилось. Увидев его с бутылкой, она стала ворчать. Дескать, лучше делом занялся бы. Слово за слово — супруги повздорили, и любимая ушла, хлопнув дверью. Уже с работы позвонила на мобильный сыну: “Домой после тренировки не возвращайся, зайдешь ко мне, сегодня переночуем у бабушки”. Уход “в воспитательных целях” практикуют многие дамы. Думают, у мужа будет время покаяться, сделать работу над ошибками, соскучиться, наконец. Но все произошло с точностью до наоборот. Виктор сделал не работу над ошибками, а ошибку, которую уже не исправить.

Конечно, не супруга Громова виновна в том, что произошло. Да он и сам сегодня не может понять, как из спокойного уравновешенного человека превратился в убийцу. И что именно стало последней каплей, побудившей его схватиться за нож.

А началось все с того, что Виктора, оставшегося вечером в одиночестве, потянуло к приятелям. Вместе они выпили еще пивка. А когда Громов распрощался с ними и возвращался домой, заметил на лестничной клетке, между первым и вторым этажами, двоих незнакомцев. Неопрятные, нетрезвые. Виктор сразу сообразил — это не чьи-то запоздалые гости. В их подъезд пробрались бомжи. Трогать их не стал, но один из чужаков сам “зацепил” его: “Эй, ты, дай закурить”. Громов нервно отмахнулся: “Не курю, да и шли бы вы отсюда”. И вроде до конфликта не дошло, хозяин уже зашел в общий тамбур, закрыл за собой дверь. Только мужики как на грех не успокоились. За спиной Виктор услышал: “Что, струсил? Давай, выходи”. Глупость, оброненная случайно, имела роковые последствия. Виктор вернулся. С ножом в руках, который прихватил на кухне. Стоило одному из бомжей приблизиться к нему, как здоровяк Громов — в свое время он занимался вольной борьбой и теперь держал себя в форме — рассек кухонным тесаком воздух. И к нему под ноги упали сразу два обмякших тела.

Следователь по особо важным делам следственного управления УСК по Могилевской области Владимир Доморацкий, который вел это дело, уточняет:

— О том, как все происходило, известно со слов самого Громова. У “другой стороны” уже нет шансов оправдаться. Виктор уверял, что не хотел никого лишать жизни, что на лестничной клетке было темно и бил он не прицельно. Время действительно было позднее — за полночь. Громов — мужчина крепкий, одним ударом зацепил сразу двоих. Одному разрезал лицо, другому шею. Видел или нет кровь, неизвестно. Помнит только, что после, разъяренный, еще попинал их ногами, несколько раз ударил ножом — в шею, поясницу, после чего оттянул к мусоропроводу и оставил на лестничной клетке.

До утра пострадавшие не дотянули. Позже следствие установит их личности. Одному, уроженцу Чаусского района, было 42 года, другому, могилевчанину, — 48: пили, воровали, сидели. И такая жизнь им, похоже, нравилась. Во всяком случае, когда одного из приятелей — Александра — после очередной отсидки отыскала сестра, тот категорически отказался к ней перебираться, а тем паче кодироваться и устраиваться на работу. Предпочитал вести кочевой образ жизни. Даже помыться, сменить одежду приезжал к родне раза 2—3 в год. Его “попутчик” Геннадий, впрочем, пытался “выправиться”. После смерти матери продал квартиру в Могилеве, переехал с возлюбленной на село. Купил приличный дом, сделал в нем ремонт, обзавелся новой мебелью, дорогой техникой. Но когда его однажды “раскупорило”, стал пропивать все, что сам же наживал. Дошло до того, что собственноручно обрезал в доме и продал батареи. Когда на пожаре погибла его дама, “пропал” совсем. Вернулся в Могилев, бродяжничал. На жизнь зарабатывал тем, что время от времени прибивался к цыганам: пас их коней, выполнял кое-какую работу по дому.

Все знают: у асоциальных личностей больше шансов умереть не своей смертью. Сколько их упилось суррогатным алкоголем или замерзло где-то в подворотне. Но речь не об этом. А о том, как случайная встреча в одночасье сломала сразу несколько жизней, искалечила несколько судеб.

Люди, верящие в то, что в мире есть вещи за пределами нашего разума, могли бы отыскать в произошедшем мистическую составляющую. Дескать, встреча этих троих была предрешена свыше. Виктор в тот день действительно не должен был находиться в Могилеве. Уже собирался уезжать, но ему позвонили из России и попросили задержаться на несколько дней. Были и другие странные стечения обстоятельств. Только стоит ли ссылаться на рок, мистику и прочие обстоятельства там, где причина трагедии лежит на поверхности? И именуется она банальной несдержанностью. Что называется, эмоции разум застили. За эмоции Громову теперь придется расплачиваться. По приговору Могилевского областного суда Виктор 21 год проведет в исправительной колонии усиленного режима.

Самое печальное, что таких, как Громов, немало. Почти в каждой милицейской сводке фигурируют граждане, которые заводятся с пол-оборота: чьи-то мужья, жены, сыновья, отцы... Они и раньше выясняли отношения. Но как-то тише, “по-семейному”. Теперь чуть что хватаются за ножи, топоры. Мораль проста: хорошо бы всем нам, прежде чем что-то сделать на эмоциях, сто раз подумать о том, чем это аукнется. И не лезть на рожон, даже если в тот момент кажется, что правда на нашей стороне.

Подобные преступления на языке криминалистов называют “бытовыми”. Следователи по опыту знают: нервные товарищи, в одночасье из рядовых граждан превратившиеся в преступников, редко действуют в состоянии аффекта. Оттого их редко признают невменяемыми. Обычно психолого-психиатрическая экспертиза констатирует: человек осознавал что творит. Другое дело — в тот момент не думал о последствиях.

olgak53@mail.ru

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
ТЕГИ:
Версия для печати
акшас, 46, бор.
алкоголь сжигает нервы,, со временем нервных клеток не хватает, т.е. "тормоза" разъедает алкоголь ... !! быстрее всех разъедает пивко,  от пива быстрее шиза развивается, люди тупеют быстро, , да с учётом не качественной продаваемой продукции , да на полках ком.магазах,  
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?