Бросок через Западную Двину

За успешное проведение Белорусской наступательной операции звание Героя Советского Союза присвоено командующему 1-м Прибалтийским фронтом Ивану Баграмяну

Время «Ч»

Войска 1-го Прибалтийского фронта располагались на стыке фашистских групп армий «Север» и «Центр». В ближнем тылу противника параллельно линии фронта шла важная железнодорожная магистраль Витебск — Полоцк, еще южнее, также почти параллельно магистрали, находится крупная водная преграда — Западная Двина. Согласно директиве Ставки, войскам Баграмяна предстояло, наступая на запад, обеспечить действия трех Белорусских фронтов и предотвратить возможный контрудар со стороны фашистской группы армий «Север».

На последнем подготовительном этапе особо важная задача возлагалась на саперов. Между позициями советских и немецких войск находилось огромное количество минных полей, созданных обеими сторонами. Саперы не извлекали мины из земли — из них лишь выкручивали взрыватели. Тяжелее всего было обезвреживать мины натяжного действия, установленные еще весной. Взрыватель такой мины срабатывал при малейшем прикосновении к тонкой проволоке, натянутой у самой земли. Выросшая трава надежно маскировала проволочную растяжку. Ночью, передвигаясь ползком, солдатам приходилось прощупывать впереди себя каждый сантиметр земли, чтобы обнаружить натянутую проволоку, а затем — и саму мину. Малейшая неосторожность могла привести к взрыву.

Обычно в собственных минных полях делались лишь отдельные проходы, по которым танки и пехота шли в бой. Но в дыму сражения видимость снижалась, танки сбивались с пути и подрывались на неснятых минах. Поэтому проблему решали радикально: передовую очищали от минных полей полностью.

Боевые вылеты постоянно совершала фронтовая авиация. Во второй декаде июня массированные удары были нанесены по восьми аэродромам, на которых базировалось около 60 процентов самолетов 6-го гитлеровского воздушного флота. Было совершено 1472 самолето-вылета, противник понес большие потери и был вынужден отвести свою авиацию с передовых аэродромов.

Постоянно вносились коррективы и в план главного удара. Но общее направление осталось первоначальным: основной прорыв на Сиротино, Шумилино, Бешенковичи, Лепель и вспомогательный — на Оболь и в дальнейшем на Полоцк. Наступало время «Ч», и ближайшая задача — прорвать тактическую зону обороны противника, перерезать железную дорогу Витебск — Полоцк и, наступая в обход Витебска с юго-запада, соединиться с войсками 3-го Белорусского фронта. Одновременно главные силы фронта — соединения 6-й гвардейской армии — должны были с ходу форсировать Западную Двину и овладеть плацдармами на левом ее берегу. Дальнейшая задача — овладеть Лепелем, Полоцком и развить наступление на запад, отсекая группу армий «Север» от группы армий «Центр».

Вот как вспоминал в своих мемуарах «Так шли мы к Победе» те июньские дни 1944 года сам Иван Баграмян: «Вражеские войска опирались на весьма развитую, преимущественно сплошную, траншейную, глубоко эшелонированную оборону, готовившуюся в течение многих месяцев. Кроме второй оборонительной полосы, противник в глубине подготовил рубежи по левому берегу Западной Двины и по линии Полоцк, Лепель и Даугавпилс (Двинск), озеро Нарочь. Особенно сильно в инженерном отношении были укреплены Витебск и Полоцк. Насыщенные большим количеством долговременных сооружений, они представляли собой своеобразные крепости, удерживать которые Гитлер приказал любой ценой.

Много бессонных ночей просидели мы с начальником штаба генералом В. В. Курасовым над планом операции, ломая голову над различными проблемами. Не только оборона гитлеровцев, но и сама местность, невыгодная для наступающих, доставляла немало забот. Особенно тревожила Западная Двина, которую войска фронта должны были форсировать в ходе наступления, а также район между Полоцком и Лепелем, сильно пересеченный, с обширными лесисто-болотистыми массивами, многочисленными дефиле и весьма ограниченной сетью дорог».

По замыслу Баграмяна наступление строилось с исключительно высокой плотностью сил и средств на участке прорыва. За счет резкого ослабления остальных участков фронта здесь сосредоточивалось 75 процентов соединений и частей, 87 процентов артиллерии и все танки. А ведь участок прорыва составлял всего 15 процентов линии фронта. Но последующие события подтвердили полководческий талант генерала.

Компромат не прошел

Воинские заслуги Ивана Христофоровича Баграмяна связаны с известнейшими страницами Великой Отечественной войны — от участия в кровопролитных боях в Украине в трагическом 1941-м, вклада в успех контрнаступления под Москвой до легендарного сражения на Курской дуге и операции «Багратион».

Родился он в бедной армянской семье. Отец работал на железной дороге, самостоятельно получил образование и стал артельным старостой. Мать из семьи сельского кузнеца, она целиком посвятила себя воспитанию детей. Начальное образование Иван Христофорович получил в армянской церковно-приходской школе в Елизаветполе. Затем учился в железнодорожном училище в Тифлисе и техническом училище, по окончании которого стал техником-практиком.

В 1915 году Баграмян вступил добровольцем в армию. Как человек храбрый и образованный был направлен в школу прапорщиков, которую окончил в 1917 году. После Февральской революции он поддержал армянскую партию «Дашнакцутюн» и, когда Армения обрела независимость, принимал участие в боевых действиях против турецких войск.

В декабре 1920 года добровольно вступил в Армянскую Красную Армию. Осенью 1924 года был направлен в Ленинград на учебу в Высшую кавалерийскую школу. Вместе с ним ее слушателями стали такие известные в последующем военачальники, как Георгий Константинович Жуков, Андрей Иванович Еременко, Владимир Иванович Чистяков, Константин Константинович Рокоссовский.

В   1934  году Баграмян окончил Военную академию имени М. Фрунзе, а в 1938-м — Военную академию Генерального штаба. В предвоенные годы был начальником оперативных отделов штабов армии и Киевского особого военного округа.

Мало кому известно, что в середине 30-х годов Иван Баграмян чуть не стал жертвой политических репрессий. Во время массовых чисток в РККА на Баграмяна, тогда начальника штаба 5-й кавалерийской дивизии, которая дислоцировалась в Украине, был собран компрометирующий материал как на служившего в «буржуазной армянской армии». Будущий полководец был спасен лишь благодаря заступничеству Анастаса Микояна, который с 1935 года стал членом Политбюро ВКП(б).

Войска 1-го Прибалтийского фронта под командованием Баграмяна оставили яркий победный след на белорусской земле. Они окружили и уничтожили витебскую группировку врага, форсировали Западную Двину, освободили Витебск, Полоцк, Лепель, Дисну, Ушачи, Глубокое, Поставы. Участвовали в организации и проведении Рижской, Восточно-Прусской и других операций.

После успешного проведения операции «Багратион» трудящиеся Армении, выражая свою признательность, передали в состав 3-й воздушной армии эскадрилью самолетов Ил-2, построенную на личные сбережения. Назвали эту эскадрилью именем своего земляка.

Завершал Великую Отечественную войну Иван Христофорович командующим войсками 3-го Белорусского фронта, который овладел, казалось бы, неприступным Кенигсбергом.

В послевоенные годы Баграмян командовал войсками Прибалтийского военного округа, был главным инспектором Министерства обороны СССР, начальником Военной академии Генерального штаба, заместителем министра обороны — начальником тыла Вооруженных Сил СССР. Ему было присвоено звание маршала. С 1968 года до последних дней своей жизни Иван Христофорович Баграмян вел большую работу в группе генеральных инспекторов Министерства обороны.

«Комсомольский маршал»

С легендарным полководцем мне довелось встретиться в конце 70-х годов. Сразу поразила гвардейская выправка маршала, его твердая, несмотря на 80-летний возраст, рука. А еще глаза — острые, с хитринкой и огоньком.

Оказалось, что он каждый день делает зарядку и проходит не менее пяти километров. Ежедневно проверяет свой вес на напольных весах. А еще любит возиться в саду на даче. Когда речь зашла о здоровье, Иван Христофорович ответил шуткой: «Живу-поживаю, камень ногой пинаю».

Баграмян был из числа интеллектуально богатых людей. Он очень любил поэзию Пушкина и Лермонтова, называл их «великими приемными сынами Кавказа». А роман «Война и мир», как он сам говорил, читал несколько раз и всегда с упоением.

Ивана Христофоровича называли «комсомольским маршалом» — за то, что он долгое время руководил военно-патриотической игрой «Зарница». Он был почетным писателем, студентом, космонавтом, шахматистом, почетным гражданином ряда городов бывшего Советского Союза — настолько всех подкупали обаяние и доброта этого человека в маршальских погонах.

Рассказал он и интересную историю «сына полка». Это было в 1943 году. В одной из деревень Калужской области солдаты нашли одиннадцатилетнего мальчика Афоню Фирсова, прятавшегося в доме. А мальчишка только этого и ждал — мечтал попасть на фронт. Баграмяну Афоня очень понравился, и он на время согласился оставить его при штабе. Мальчишка оказался очень трудолюбивым и ответственным — все, что ему поручали, обязательно выполнял. Потом его направили учиться в Калининское суворовское училище. После войны на Параде Победы Иван Христофорович возглавлял сводный полк 1-го Прибалтийского фронта, Афоня Фирсов был в составе сводного полка лучших воспитанников Суворовского училища. На параде они и встретились. Афоня Фирсов стал военным, дружил с семьей Баграмяна и считал его своим вторым отцом.

Забавный случай произошел в Латвии, где после войны Баграмян командовал Прибалтийским военным округом. В 1946 году Ивана Христофоровича избрали в Верховный Совет Латвийской ССР. На первой сессии председательствующий открыл заседание речью на латышском языке. Остальные тоже стали выступать по-латышски. После третьего оратора слово попросил Иван Христофорович. Когда он взошел на трибуну, стал говорить по-армянски. После этого случая все заседания сессии стали проходить на русском языке, который понимали все присутствующие.

Иван Христофорович Баграмян скончался 21 сентября 1982 года. Он был последним из маршалов, командовавших фронтами в Великой Отечественной войне. Урна с прахом прославленного военачальника захоронена в Кремлевской стене на Красной площади в Москве.

Маршал дважды был удостоен звания Героя Советского Союза, награжден семью орденами Ленина, орденом Октябрьской Революции, тремя орденами Красного Знамени, двумя орденами Суворова I степени, орденом Кутузова I степени, многими медалями и орденами зарубежных стран.

Александр ШЕВКО, «СГ»

 

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости