Сельская газета

Бронепоезд не стоял на запасном пути

Как под Несвижем красногвардейцы-железнодорожники сорвали замыслы контрреволюции

Благодаря его броску из-под Несвижа советская власть победила в Минске

О ПОБЕДЕ Октябрьской революции в Петрограде сразу стало известно в Минске. За сутки телеграфная контора приняла десяток депеш с противоречивыми сведениями. О реальной ситуации минские большевики имели столь же смутное представление, как и их политические конкуренты. Но ленинцы знали: при любых обстоятельствах нельзя терять инициативу! Исполком Минского Совета издал указ № 1, где провозгласил о переходе власти в руки Совета рабочих и солдатских депутатов. Однако против выступили меньшевики, эсеры и бундовцы из «Комитета спасения революции». Перевес в вооруженных силах был на их стороне, ведь в город были введены части 2-й Кавказской дивизии. Минский Совет из тактических соображений согласился c требованием о передаче власти. При условии — в Петроград и Москву не отправятся контрреволюционные войска.


Одновременно большевики пытались мобилизовать революционные силы Западного фронта и доставить их в Минск. Член областного комитета партии большевиков Григорий Соловьев в ночь с 28 на 29 октября прибыл на автомобиле в Несвиж, в штаб 2-й армии Западного фронта. Он поставил перед Военно-революционным комитетом армии задачу — немедленно направить в Минск части.

Созвали экстренное заседание вновь созданного революционного штаба. Принято решение — снять с фронта бронепоезд и бронемашины, два полка пехоты и 12-й Туркестанский полк, как наиболее надежный.

В НЕСВИЖСКОМ историко-краеведческом музее сохранились копии фотографии Василия Пролыгина  и общие сведения о событиях столетней давности. В Хвоево еще в 80-е годы располагалась памятная доска, но во время ремонта железнодорожного здания исчезла, и до сих пор ее не нашли.

Пришлось пересмотреть несколько изданий, прежде чем по крупицам восстановить картину под Несвижем.

В своей книге «Историей обреченные» С. Почанин рассказывает, как 29 октября в два часа ночи Василий Пролыгин отправился на разъезд Хвоево, где стоял бронепоезд. За бронеавтомашинами на станцию Синявка он послал товарища Катушкина.

В тот же день Пролыгин провел общее собрание членов команды состава. Почти все согласились отправиться на поддержку Минского Совета. Но командование поезда пыталось оказать сопротивление. Помог поездной комитет — офицеров и машинистов арестовали. Встал вопрос: а кто же тогда поведет паровоз? «Управлять поездом буду сам», — ответил Василий Пролыгин. Он издал приказ о приведении поезда и орудий в боевой порядок, пополнении снарядов, пулеметных лент. 30 октября рано утром осмотрел и смазал паровоз и в 8 утра повел на Минск. «Комитет спасения» всячески пытался задержать состав с революционными солдатами-фронтовиками на дальних подступах к Минску. События разворачивались, как в остросюжетном триллере.

Шли медленно, ощупью, опасаясь подрыва пути. На станции Негорелое навстречу поезду вышла делегация минского «Комитета спасения». Она безуспешно пыталась «уговорить» солдат. Бронепоезд двинулся дальше.

Тогда навстречу ему из Минска по приказу «Комитета спасения» отправлен поезд с рабочими для разборки пути. По дороге, узнав, в чем дело, рабочие из представителей Минского Совета арестовали своих руководителей, а на станции Фаниполь, встретив возвращавшуюся делегацию комитета, арестовали и ее.

Обе попытки задержать бронепоезд провалились. Тогда председатель «Комитета спасения» меньшевик Колотухин вместе с офицером штаба Западного фронта Завадским помчался на автомобиле навстречу бронепоезду, чтобы взорвать мост через Птичь. На 712-й версте автомобиль остановился. Колотухин и Завадский направились к железнодорожному полотну. Белое облачко взрыва показалось над насыпью. Рабочие, заметившие дым, побежали к месту происшествия, а Колотухин и Завадский, бросив автомобиль и инструменты, кинулись в лес. Подоспевшие рабочие обнаружили лишь развороченные рельсы — замысел контрреволюционеров не удался: состав уже прошел.

ЯВНО везло Василию Пролыгину. Так кто же он такой? Человек в шинели и с ружьем на улицах наших городов сто лет назад встречался так же часто, как и беженец с котомкой. В крестьянских губерниях, где волею судьбы и военных стратегов развернулся театр боевых действий, он стал главным действующим лицом революционных событий. В Минске — центр Западного фронта. Штаб 10-й армии — в Молодечно, 3-й — в Полоцке, 2-й — в Несвиже. События на местах — в полках и дивизиях — развивались не менее стремительно, чем в самой колыбели революции. Повсеместно, с явным перевесом большевиков, проходили армейские съезды.

В секретных донесениях в центр и ранее отмечалось, что большевики ведут в окопах активную агитацию за превращение войны империалистической в войну гражданскую. Один из талантливых ораторов — уроженец Козлова, ныне Мичуринска, паровозный машинист в мирной жизни и фельдфебель в армии, тот самый начальник бронепоезда № 1, что из Хвоево прибыл на подмогу большевикам в Минск, Василий Пролыгин. Бывалый фронтовик, получивший за исключительную храбрость все знаки полного кавалера Георгиевского креста, он вел агитационную работу во 2-й армии Западного фронта. В середине сентября 1917 года комитет большевиков армии послал его в 6-й Таврический полк помочь солдатам избрать председателем полкового комитета большевика Петрова. В полку шумел митинг. Выслушав очередного оратора-меньшевика, призывавшего к защите Отечества, Пролыгин спокойно начал:

— Я хочу напомнить вам, господа меньшевики и эсеры, что вы выступаете не перед таежниками в глубоком тылу, а перед фронтовиками. А они-то прекрасно знают, что мы, большевики, ратуем, как вы любите выражаться, не за мир «ценой рабства России», а за мир без аннексий и контрибуций...

Один из меньшевиков вызывающе крикнул:

— Но найдется ли в России честная рука, которая подпишет мир? Понимаете ли вы, что, ратуя за мир, вы тем самым обрекаете Россию на долгие годы рабства и зависимости от Германии?

Собрание шумно зааплодировало. Но солдат перекричал рукоплескания:

— Если война им люба, пусть и воюют, с нас хватит!

Пролыгин почувствовал, что с этого момента «начинается его роль», и поднял руку. Он вдохновенно говорил, почему не подходит на председателя полкового комитета меньшевик или эсер — их партии за продолжение войны, а такая политика навязана буржуазией и ведется в ее интересах:

— Шутка ли: 38 государств с населением в полтора миллиарда человек втянуто в войну. 70 миллионов из них, самых молодых и здоровых, стоят под ружьем и уничтожают друг друга. Ну кому, спрашивается, нужна эта война? Солдаты, если вы хотите, чтобы эсеры водили вас за нос и обманывали красивыми словами, а на деле продолжали войну, эксплуатацию и грабеж, то выдвигайте их представителя — Ровенского. Если же вы изберете большевика Петрова, то он будет бороться за пролетарскую революцию, за хлеб — голодным, за мир — народам, за землю — крестьянам.

Стоит ли говорить, что председателем полкового комитета абсолютным большинством голосов избрали большевика? Эти сведения разыскали о своем земляке мичуринские краеведы.

ВПОСЛЕДСТВИИ бывший паровозный машинист из города Козлова командовал легендарным бронепоездом, участвовал в задержании генерала Корнилова, покинувшего Быхов и рвавшегося в южные казачьи области. Позже 1-й Минский революционный бронепоезд имени В. И. Ленина курсировал от Брянска до Гомеля, а после Гражданской войны его командир находился на партийной работе в Астрахани, Москве, Туле, Туркестане. По некоторым данным он погиб.

Но почему бронепоезд в те судьбоносные дни находился на разъезде в Хвоево, а, скажем, не на станции Городея или где-то еще? Задавались этим вопросом и юные краеведы музея Сновской школы, созданного еще в 60-е годы. Его организатор — учитель Иван Иосифович Калоша  (на снимке). Долгие годы он со своими воспитанниками с блокнотами, карандашами, фотоаппаратами, магнитофоном путешествовал по родному краю. Юные следопыты записывали рассказы старожилов, участников и свидетелей важнейших событий в истории района. Раздобыл в архивах Иван Иосифович и фото бронепоезда, его командира Пролыгина и полустанка в Хвоево тех времен. Находился он на том же месте, что и нынешний остановочный пункт. Руководитель школьного музея Валентина Богдан сожалеет, что еще лет двадцать назад не было такого интереса к событиям Первой мировой войны, которые теснейшим образом связаны с революционными:

— Многих носителей ценной информации уже нет в живых. Ведь в каких-то десяти километрах от нас в сторону Барановичей проходила линия фронта. Бронепоезд был прикомандирован к гренадерскому корпусу, поэтому и стоял на разъезде в Хвоево. Но поисковая работа продолжается. Мы много уже собрали материалов о Первой мировой войне. В двух километрах от Снова находится кладбище русских солдат, которое приезжают благоустраивать не только белорусские и российские волонтеры, но и из европейских стран.

Интересно, что образ Пролыгина явно прослеживается в фильме основоположника белорусского кино Владимира Корш-Саблина «Первый взвод» с молодым Борисом Бабочкиным в роли солдата-агитатора Макара Бобрика. Фильм аккурат о перерастании Первой мировой войны в Гражданскую и ценен тем, что снят современниками тех событий – Корш-Саблин сам участник Гражданской войны. Есть в картине история о том, как Военно-революционный комитет фронта поручает Бобрику организовать отправку бронированного поезда на помощь Минскому ревкому. Командиром его оказывается прапорщик меньшевик Великанов. Но в борьбе за бронепоезд побеждает взвод солдат под командованием Бобрика. В пути на подмогу большевикам прямо в отсеке машиниста Бабочкин (Бобрик) вразумляет белобрысого наивного новобранца: «Ну, понял, за что воюем?» А тот расплывается в широкой улыбке: «Во, как понял!»



В НОЧЬ с 1 на 2 ноября блиндированный поезд под командованием Василия Пролыгина прибыл в Минск. По распоряжению Военно-революционного комитета он занял выгодную позицию в районе Либаво-Роменского вокзала. Центр города оказался в секторе его обстрела. Одновременно прибыли бронеавтомашины, части 60-го Сибирского полка и зенитная батарея. Вскоре в город вступили и другие воинские части, посланные с фронта на подавление контрреволюции.

Соотношение сил изменилось. Рабочие и революционные солдаты получили перевес, усилились вооруженные силы Минского Совета. Это позволило ему восстановить свои полномочия. Часы «Комитета спасения» были сочтены. Советская власть победила в Минске. В октябре-ноябре 1917 года власть Советов установлена на всей неоккупированной территории Беларуси.

КСТАТИ

Председатель Минского Совета рабочих и солдатских депутатов Карл Ландер вспоминал, что когда бронепоезд остановился на вокзале с наведенными на улицы и площади пушками, «перевес был на нашей стороне». Боевые орудия, наведенные на густонаселенные кварталы, а застройка в основном деревянная… Полгорода могло выгореть в том ноябре, не поддайся шантажу «меньшевики и эсеры».

kovalev@sb.by;

klimovich@sb.by
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости