Беларусь Сегодня

Минск
+28 oC
USD: 2.04
EUR: 2.32

Бремя возраста

Супруги Томас и Анна Роуз из Пенсильвании стали приемными родителями в 1996 году, когда обоим было под 60. К тому времени их собственные дети уже выросли, обзавелись своими семьями...

Супруги Томас и Анна Роуз из Пенсильвании стали приемными родителями в 1996 году, когда обоим было под 60. К тому времени их собственные дети уже выросли, обзавелись своими семьями. Чтобы заполнить пустоту притихшего дома, Роузы и решили взять на воспитание сирот. За 15 лет на попечении супругов побывал 71 обездоленный ребенок. Самой младшей крохе было всего... 2 дня отроду. Спустя 2 года девочке подыскали постоянную семью. Но она до сих пор приезжает погостить на Рождество и летние каникулы к своим первым родителям. Сейчас Роузы (Томасу — больше 70, Анне — уже за 80) готовятся принять под свое крыло очередного ребенка.


Пример этой супружеской пары настолько необычен, что сюжет о ней Си–эн–эн выдало первым в выпуске новостей. И это при том, что на Западе традиция брать на воспитание чужих детей, когда свои уже «оперились» и вылетели из родного гнезда, очень распространена. Если вдуматься, то она, помимо благого подтекста, не лишена и практического смысла. Возрастные пары — едва ли не идеальный вариант замещающих родителей. Во–первых, у них есть опыт воспитания детей. Во–вторых, их уже мало заботит (или не заботит вовсе) карьерный рост, а значит, родительство становится приоритетной задачей. По большому счету, те, «кому за...», в решении проблемы устройства сирот в семьи — ресурс практически незаменимый. Но в отличие от Запада у нас он используется крайне экономно...


С этим нужно родиться


— Скажем, родителями–воспитателями в детском доме семейного типа могут стать молодые люди от 25 до 45 лет. Верхний возрастной порог для приемного родителя — 55 лет, — признает, что определенные ограничения по возрасту для кандидатов все–таки установлены, начальник отдела охраны детства комитета по образованию Мингорисполкома Зинаида Воробьева. — Тем не менее, поверьте, эти границы весьма условны. Возраст — отнюдь не первый фактор, на который обращают внимание наши специалисты, принимая на работу замещающего родителя.


Один 40–летний может еле ноги волочить, а другой и в 78 будет на сноуборде, как мальчишка, кататься. Куда как важнее прожитых лет желание взять чужого ребенка под свое крыло, позитивный опыт родительства и профессиональная подготовка к новой роли. Последнее, кстати, совсем не означает, что потенциальная приемная мама должна иметь за плечами как минимум педагогический или медицинский колледж. Речь о специальных курсах при отделах, комитетах, управлениях образования. В идеале будущий родитель для обездоленного ребенка — это талантливый педагог, тонкий психолог, проницательный юрист, хороший друг, все в одном лице. С этими качествами нужно родиться. А курсы всего лишь помогают, подсказывают, как развить природный потенциал.


Так как же выглядит у нас среднестатистический кандидат в приемные родители? По наблюдениям Зинаиды Васильевны, это люди старше 40 лет. То есть как раз в том возрасте, когда свои дети (если есть) уже выросли. На работе никому ничего доказывать уже не нужно. Так что в некотором смысле и в Беларуси есть традиция «возрастных» родителей. Тем более что работа приемной мамы не предполагает каких–то строгих временных ограничений. Например, ей исполнилось 55 лет. По идее, она должна и имеет право выйти на заслуженный отдых, даже если у нее на воспитании, скажем, 10–летний ребенок, возможно, и не один. Таких семей довольно много. Зато не было еще случая, чтобы кто–то добровольно снял с себя «родительские полномочия» только ради того, чтобы вовремя уйти на пенсию...


Желания и возможности


И все–таки «работа родителем» в нашей стране пусть условно, но регламентируется возрастом. В отличие от такой формы устройства сирот в семью, как усыновление. В Кодексе о браке и семье говорится только о минимально допустимой разнице в возрасте между усыновителем и ребенком — 16 лет. Иными словами, 20–летний мужчина вправе усыновить 4–летнего, но не старше, карапуза. А 18–летняя девушка вполне может стать родной мамой 2–летнему малышу. Верхняя же планка разницы в возрасте между ребенком и потенциальным родителем не установлена. И, по большому счету, 70–летние бабушки–дедушки могут претендовать на усыновление хоть новорожденного, хоть 17–летнего подростка. А если у стариков к тому же крепкое здоровье, прошлое не замарано судимостью, а настоящее не обременено материальными трудностями, то отказать им, в принципе, не могут.


— Но такой подход кажется не совсем правильным. Поэтому мы вышли с предложением в Министерство образования законодательно ограничить максимально допустимую разницу в возрасте между ребенком и усыновителем 45 годами, — у директора Национального центра усыновления Натальи Поспеловой свой взгляд на возрастных родителей. — Это нормальная практика. В Италии, например, эта планка также установлена на отметке 45 лет, в Германии — 40 лет... Природой ведь не просто так задумано, что 40–летняя мама еще может самостоятельно родить здорового ребенка, а вот если родит 50–летняя — это будет исключение из правил. Природа сама определила оптимальную разницу между поколениями — 20 — 40 лет. И лично я хотела бы видеть усыновителей в возрасте, естественном для биологического родительства.


С другой стороны, почему кандидаты в поздние родители в большинстве своем хотят принять в семью младенца, в крайнем случае — ребенка–дошкольника? У психологов есть тому объяснение — так называемый синдром опустевшего гнезда: когда дети вырастают, начинают самостоятельную жизнь. Отчий дом пустеет, а самим родителям кажется, что все лучшее осталось в прошлом, впереди — одинокая старость. Заполнить пустоту и тишину, вернуть молодость можно только одним способом — взять малыша. И начать жизнь заново. То есть сама благотворительная подоплека похвального поступка — осчастливить сироту — отчасти ставится под сомнение. Впрочем, есть у позднего родительства и другие подводные камни.


Наша читательница Евгения Петровна из Гомельского района могла бы поделиться собственным опытом позднего родительства. В 1994 году они с мужем усыновили двух мальчиков–грудничков. Сейчас парням по 17 лет, маме с папой — за 60, работать не могут по состоянию здоровья. Жить приходится на две пенсии общей суммой чуть больше миллиона рублей. Мальчики при этом учатся в колледже. Им нужны деньги на проезд, проживание. Да и возраст такой, что потребности с каждым днем растут: и одеться хочется модно, и на дискотеку, в кино девочку сводить. А денег хватает только на самое необходимое... То есть сбрасывать со счетов материальные трудности, которые грозят обрушиться на семью с несовершеннолетним чадом, когда родители выйдут на заслуженный отдых, тоже нельзя. «Да и разве правильно это, когда, выйдя из отпуска по уходу за ребенком, впору оформлять выход на пенсию?!» — задает риторический вопрос Наталья Поспелова.


Тем не менее индивидуального подхода при решении вопроса об усыновлении, невзирая на возраст, никто не отменял. И в каждой отдельной ситуации смотрят не только на риски, но и на ресурсы, потенциал, который заложен. Недавно в Национальном центре усыновления дали «добро» супружеской паре: отцу — 55, матери — 40 лет. Примерно в то же время другой семье отказали. Там обоим родителям за 50. Они ученые с мировым именем, интеллигенты до кончиков ногтей и, несомненно, прекрасные люди. Но... У них настолько жесткие родительские установки... А ребенку все–таки не казарма и муштра нужны, а любящие мама и папа, готовые ради него на какое–то время и сами стать детьми.


Впрочем, и психологи, и специалисты, работающие в сфере охраны детства, придерживаются одного мнения: в любом возрасте можно быть полезным ребенку. Чтобы любить детей, необязательно навсегда селиться с ними под одной крышей. Ведь можно быть им наставником, другом, хорошим соседом, просто неравнодушным человеком. Можно забирать из детского дома на выходные, праздники, каникулы, навещать в больнице... Важно только одно: надо просто любить этих детей. А в статусе кого — усыновителя, опекуна, приемного родителя — дело десятое.


Компетентно


Кандидат психологических наук Марина Гернович:


Конфликт между поколениями — не пустой звук. Чем больше разница в возрасте между мамой–папой и их ребенком, тем меньше у них точек соприкосновения, общих тем для разговоров, интересов, зато больше поводов для непонимания, скрытых обид и явных ссор. Даже в идеальной (по биологическим меркам) семье нет–нет, да и прозвучит от родителей: «А вот в наше время... А вот мы такими не были...» И чем больше разница в возрасте между поколениями, тем больше таких реплик. В итоге поздние родители рискуют стать на время аутсайдерами для своих детей.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...
Новости и статьи