Братья с нашей улицы

Так получилось, что в последний раз, покидая свой рыбацкий домик на Браславщине, я торопился

Из серии «Камень на перекрестке»


Так получилось, что в последний раз, покидая свой рыбацкий домик на Браславщине, я торопился. Виной тому был тревожный звонок от человека, которому срочно требовалась моя помощь. В целом все дела были сделаны — убрана с озера и упакована к зимовке лодка, перенесены в баню снасти и садовый инвентарь. Успел даже с большего сгрести в дальний угол усадьбы облетевшую листву. 


Однако теперь выяснилось, что неплохо было бы взять с собой еще немало чего, что по чисто мужской то ли беспечности, то ли рассеянности не успел захватить. Так почему бы не съездить туда еще разок и уже без всякой спешки покинуть этот затерявшийся в лесной глуши хутор?

Свой «Ровер» я успел переобуть и, подъезжая к Бегомлю, мысленно похвалил сам себя. Здесь, при выезде из городка, столкнулись сразу три фуры, а километров через десять увидел следы еще одной нешуточной аварии. А мне еще ехать да ехать!

Зима нынче пришла как-то рано, и с первых дней показала свой капризный норов. Но я давно уже пытаюсь не зацикливаться на резких переменах в погоде. В каждом случае ищу свое светлое пятно. Вот и сейчас завороженно смотрел на задремавшее озеро. Именно задремавшее. Еще не спит, но тонкий слой льда надежно сковал его силу. А ведь какие волны, бывало, поднимал ветер! Особенно если дул со стороны Прибалтики. 

Лучи холодного солнца, что на какое-то время выбились из-за туч, окрасили снег в матово-сиреневый цвет. Но белым безмолвием и не пахло. Вон сколько разных следов на снегу. Когда подходил к дому, с крыльца нехотя — видать, замечталась — поднялась всегда нарядная сойка. Накануне сосед Павел протопил печь, но в хате все равно было студено. Следовало поскорее растопить печь и оживить огнем камин. 

Неделей раньше я съездил в родной Бобруйск. Там были деловые встречи, но не только. Узнал немало новостей и городских сплетен. Встретился со старыми знакомыми. После той поездки назойливо занимала одна тема. Сейчас, в тиши и одиночестве, ей можно было наконец отдаться сполна…

С годами мы все чаще думаем о том, правильно ли питаемся, насколько здоровый ведем образ жизни. Знаем, что и пить нельзя, и курить вредно. Пугают всякими небесными карами со всех сторон. А мы видим и другие примеры — некоторые и пьют, и курят, и вообще их образ жизни здоровым никак не назовешь, а переживают по годам самых осторожных и правильных. Вот и шепчет наше подсознание — чепуха все это, важно, сколько кому отмерено Всевышним. 

Так вот — хочу разочаровать скептиков. Исключения из правил, конечно, бывают. Но медики правы в своих рекомендациях и советах: только здоровый образ жизни может гарантировать нормальное состояние тела и духа и определенное долгожительство. Передо мной конкретный пример. Так сказать, свое социологическое исследование…

На нашей послевоенной улице жило много семей самых разных. Но только у Щедринских и Станкевичей было по три сына. Мы росли рядом, вместе играли в футбол. У братьев Щедринских — Владимира, Сергея и Александра — было преимущество. Их никто не мог обидеть. Чуть что —  они становились плечом к плечу и могли дать отпор любой компании. То же можно было сказать и о братьях Станкевичах — Сергее, Юрии и Викторе. Но на этом их преимущества и заканчивались. Мы все росли в одних условиях. Небогато, без намека на роскошь. Росли и взрослели Щедринские, больше других занимаясь спортом. Никто и никогда не видел их с сигаретами. У Станкевичей все было как-то по-другому. Да и к рюмке они стали прикладываться рановато, чаще других попадали во всякого рода неприятные переделки.

Мы все на улице росли, взрослели. Подходили к своему камню на перекрестке с надписью: «Направо пойдешь…»

У индейцев навахо есть интересная поговорка: «Даже у тихого ветра — свой голос». Это верно. Хотя все были из одного послевоенного поколения, жили на одной улице, судьбы оказались очень разными. Одни уехали в столицу, пробивались вверх, другие крепко стояли на своих ногах в родном городе, третьи одну за другой совершали ходки в места не столь отдаленные. 

Братья Щедринские не гонялись за журавлем в небе. Были как раз из средних. Все приобрели надежные рабочие профессии, создали хорошие семьи и растили теперь уже своих детей. 

У братьев Станкевичей многое было по-другому. Особенно мне было жаль самого младшего и самого красивого из них, Виктора. Однажды вечером он подсел на скамейку рядом со мной и вздохнул: «Плохо мне, понимаешь…»

Я уже знал, в чем дело. В нашем районе было много точек, где на дому алчные хозяева торговали спиртным днем и ночью. Туда стекалась самая разношерстная и грубая публика. Там Витек и подхватил туберкулез. Вскоре стало ясно, что если не лечиться, то беды не избежать. Я решил помочь соседу — дал все необходимые телефоны и координаты, договорился с медицинским начальством. Виктор, казалось, воспрянул духом и был решительно настроен изменить образ жизни. Ждал его в Минске, настойчиво звонил… Но паренек все откладывал и откладывал… Однажды, когда я в очередной раз приехал к матери в Бобруйск, узнал, что Витю забрала «скорая» с открытой язвой желудка. Навестил его в городской больнице. Он вновь клятвенно обещал после выхода из этого отделения приехать ко мне в Минск и лечиться от туберкулеза. И вновь звонки, ожидание…

На похоронах Виктора я заметил, что неважно выглядит и старший из братьев — Сергей. Поинтересовался, чем могу помочь ему… «Деньгами», — иронично и в то же время на полном серьезе ответил он. Денег я ему дал, но помочь не смог. Умер он от инсульта. 

На похоронах были и братья Щедринские. Мы нормально пообщались, и я порадовался за всех троих. Все у них путево, и выглядят очень даже здоровыми. Шутили — хоть сейчас на футбольное поле. 

Похоже, смерть Виктора и Сергея напугала среднего из Станкевичей. Юрий бросил курить, говорит, что завяжет и с выпивкой… Что ж, хочется верить, что так и будет. Вот только говорил он это с нескрываемой грустью, словно сам себе адресовал вопрос: не поздно ли?..

Огонь мягко горел в камине. Сумерки давно окутали окрестности, а мне все думалось, что никакие советы и рекомендации ученых, медиков не могут быть убедительнее конкретных примеров, которыми полна жизнь. Мы просто не замечаем их или не хотим видеть. Вот и о братьях с нашей улицы я почему-то в этом ключе вспомнил только сейчас. А ведь пример — конкретнее и убедительнее не бывает.

Утром так не хотелось вылезать из-под одеяла… Холодно. За ночь дом выстудился. И все же без зарядки не обойтись. Подошел к окну и замер с улыбкой на губах. Три косули усердно искали под деревьями яблоки. Соседи рассказывали, что зимой сюда нередко приходят и лоси. Их много развелось в округе. Они молодцы. Здоровый образ жизни никогда не покидает их. Не худо бы брать с них пример.

Однако пора в дорогу…

Анатолий ЛЕМЕШЁНОК
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...
Новости