Бой с тенями

О президентских выборах в Грузии
Четыре года назад, на первых для себя президентских выборах Михаил Саакашвили получил более 96 процентов голосов избирателей. Такой обескураживающий результат не смутил, однако, мировую общественность, поскольку на тот момент в Грузии только что свершилась «революция роз» и ее молодой вождь находился на самом пике своей популярности. На последовавших за этим парламентских выборах партия Саакашвили набрала уже поменьше — 67 процентов, но все равно это был, как говорится, значительный перевес. На прошедших 5 января досрочных президентских выборах за этого молодого, всего–то 40–летнего политика, по предварительным данным, проголосовало около 52 процентов. Много это или мало?

С одной стороны, это означает победу в первом же туре и является безусловным успехом Михаила Саакашвили. Предвыборные опросы общественного мнения предрекали ему более жесткую конкуренцию со стороны шестерки соперников. «Великое дело, — утверждал древнегреческий историк Ксенофонт, — завладеть властью, но еще более трудное — сохранить ее за собой».

С другой стороны, нельзя не отметить, что уровень поддержки Саакашвили за годы, прошедшие с момента «революции роз», заметно снизился. «Отчасти это неизбежный результат перехода от эйфории баррикад к повседневности», — замечает британская «Таймс» по поводу потери практически половины голосов за один президентский срок.

Многие мировые столицы уже похвалили выбор грузин.

«На этих выборах спешили все. Саакашвили торопился покончить с самым тяжелым политическим кризисом в стране. В спешке он объявил о проведении досрочных выборов, а оппозиция, не дожидаясь закрытия избирательных участков, поторопилась заявить, что у нее украли победу, — отмечает «Берлинер цайтунг». — Хотелось бы, конечно, чтобы комиссия международных наблюдателей, состоящая из представителей ОБСЕ и Совета Европы, не поддавалась всеобщей суете. Но вместо этого наблюдатели поспешили дать свою оценку выборам в Грузии. Демократия в Грузии, дескать, вопреки всем несоответствиям сделала «триумфальный шаг» вперед. Об этом заявил глава международной миссии наблюдателей от ОБСЕ американец Элси Хастингс, хотя, в принципе, наблюдатели должны комментировать ход голосования, а не результат выборов».

Российские наблюдатели не были приглашены в Грузию. «От средств массовой информации, НПО и представителей оппозиции поступали и продолжают приходить сообщения о многочисленных нарушениях избирательного законодательства со стороны властей», — говорится в сообщении МИДа России. — Это не явилось неожиданностью, если учесть характер всей предвыборной кампании, которую едва ли можно назвать свободной и справедливой. Любопытно, что именно такого определения были «удостоены» недавние выборы в российскую Госдуму.

Одновременно с выборами президента в Грузии проводился референдум о вступлении в НАТО. Как свидетельствуют предварительные данные, грузины в массе своей высказались по этому вопросу одобрительно. Лишь один кандидат Ирина Саришвили–Чантурия призывала электорат голосовать против Североатлантического альянса, аргументировав это необходимостью учитывать мнение Москвы. Впрочем, в итоге она заняла последнее место и не набрала даже полпроцента голосов.

Вопрос на российскую тему прямо в бюллетене не фигурировал, но отношения с крупнейшим соседом по определению не могут быть на периферии общественного внимания в Грузии. Саакашвили на фоне соперников смотрелся едва ли не пророссийским политиком. В частности, он сказал: «Позиция Грузии по отношению к развитию дружеских отношений с США и Европой остается прежней, но это совершенно не означает, что мы хотим напряженных отношений с Россией, мы выступаем за налаживание отношений». А, к примеру, его основной соперник Гачечиладзе призывал даже к немедленному выходу из СНГ. Одно дело выступать на митинге с лозунгами и совершенно другое — проводить государственную политику. Михаил Саакашвили знает это лучше своих соперников.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...