Большой, конечно, Пушкин гений. Но лентяй!

Прототипом повести Пушкина «Дубровский» был белорусский шляхтич

Как нарушители спокойствия Савицкий и Островский прославились и под какими именами в литературу вошли

Белорусский кинорежиссер Юрий Цветков представил на суд зрителей новый фильм, снятый по сценарию, написанному в содружестве с писателем Владимиром Меховым, «Робин Гуды с белорусскими именами». Художественно-публицистическая лента рассказывает о двух наших земляках, нарушителях спокойствия, которые пытались некогда переустроить мир во имя справедливости, благодаря чему в народе прославились, а спустя время стали прототипами героев двух знаменитых литературных произведений.

— Все еще со школы помнят повесть Пушкина «Дубровский». Но немногие знают, что главный ее герой – персонаж, реально существовавший. Прообразом Владимира Дубровского стал наш земляк Павел Островский. Историю о нем Пушкин узнал благодаря своему другу поэту Нащокину, который имел поместья на белорусских землях и, разумеется, слышал о разбойнике, державшем в страхе здешних помещиков. Кстати, главного пушкинского героя звали именно Павел Островский, и называлась повесть соответственно «Островский», — увлеченно рассказывает Юрий Цветков.

Небогатый шляхтич Павел Островский из имения Рованичи бывшего Игуменского, а ныне Червенского района занимался тем же, что и славный разбойник Робин Гуд: грабил богатых и отдавал награбленное бедным. Правда, в отличие от пушкинского героя за свои деяния Островский был арестован. Но от охранки сбежал. По свидетельствам очевидцев (а «Дело департамента полиции», заведенное когда-то на Островского, до сих пор хранится в Минске в историческом архиве), удрал от конвоиров прямо на улице, перекрутив и разорвав на руках цепи.

По словам Юрия Цветкова, работая над сценарием фильма и сопоставляя тексты пушкинской повести и архивных документов из полицейского дела Островского, они с Владимиром Меховым были немало удивлены одним обстоятельством. Пушкин сохранил не только реальные имя и фамилию главному герою, но и практически дословно переписал из дела и его внешность, и многие события, с ним связанные.

— Александр Сергеевич был, конечно, гений, но похоже, что и большой лентяй. В текстах порой совпадает все, вплоть до запятых, — смеясь, замечает по этому поводу режиссер.

А если серьезно, то повесть, вероятно, писалась спешно, автора уже влекла работа над «Историей Пугачева» и «Капитанской дочкой». К повести об Островском он намеревался еще вернуться (может, поэтому иногда называл ее романом), считал незаконченной и при жизни не издал.

Произведение обнаружили после смерти Пушкина. По велению императора Николая I подготовкой его к публикации занялся поэт Василий Жуковский. Повесть «Островский» уже была готова к изданию, когда цензоры вдруг опомнились, что главный-то ее герой – беглый преступник. Тогда-то и пришлось Жуковскому по всему пушкинскому тексту исправить имя Павел Островский на Владимир Дубровский.

Как и герой повести, реальный Островский в руки стражей порядка так и не попал, долго скрывался, но спустя много лет вернулся в Рованичи, где и доживал свой век. Съемочная группа побывала в этих местах. К сожалению, со времен Островского там мало что сохранилось. Зато удалось найти родственницу легендарного героя, его правнучку в пятом поколении Анну Островскую, которая работает заведующей Рованичской сельской библиотекой. Кстати, ее односельчане и другие жители Червенского района одними из первых увидят фильм о своем прославившемся земляке.

Второй герой картины о белорусских Робин Гудах — Александр Савицкий, уроженец Гомельщины, живший на рубеже XIX—XX веков. Тоже народный мститель, нарушитель спокойствия и борец за восстановление социальной справедливости. Грабил на дорогах богатых, раздавал все бедным крестьянам, за что те его надежно прятали. Поймать Савицкого не могли на протяжении семи лет.

Александр Савицкий стал прототипом Сашки Жегулева – главного героя одноименного романа писателя Леонида Андреева. Из-за него, кстати, автор окончательно рассорился со своим другом Максимом Горьким.

— Горький, считавший себя пролетарским писателем и интеллигентом, категорически не принял роман с бандитом Сашкой Жегулевым в образе положительного героя и раскритиковал Андреева в пух и прах. Дружбе пришел конец. Но в 1924 году, когда Леонида Андреева уже не было в живых, роман решили издать американцы и попросили Горького написать к нему предисловие. К этому времени Алексей Максимович, судя по всему, кардинально пересмотрел свои позиции и написал совершенно противоположное: мол, и роман замечательный, и Сашка Жегулев – это пролетарский экспроприатор, восстанавливающий справедливость, — рассказывает Юрий Цветков.

Реставрируя события далеких лет, авторам фильма пришлось изрядно потрудиться в архивах, по крупицам собирая редкие сохранившиеся кадры кинохроники, документы, фотографический материал. Юрий Цветков особо отмечает работу занятых в картине белорусских артистов Виктора Манаева, Виктории Алешко, Анатолия Длусского, которые не только читают текст в кадре, но еще и играют свои определенные роли, становясь соавторами экранной повести.

Между тем режиссер, погрузившись в глубины истории, намерен «вытащить» оттуда к зрителям еще одного интересного, но, к сожалению, не слишком известного большинству соотечественника. Речь идет об уроженце Могилева, белорусском книгопечатнике и просветителе XVII века, создателе и издателе первого славянского букваря Спиридоне Соболе. Именно с придуманного им знаменитого «Мама мыла раму» азы чтения постигают на протяжении уже почти 400 лет.

На снимке: режиссер Юрий ЦВЕТКОВ и актер Виктор МАНАЕВ во время съемок фильма.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...
Новости