Минск
+9 oC
USD: 2.58
EUR: 2.84

Фельдмаршал Паулюс в плену хвалил русскую кухню и баню

Большой капут для немцев в Сталинграде


Григорий Обелевский из Гродно вспоминает, как фельдмаршала Паулюса пленили

Недавно мне выпала большая журналистская удача. Знаю многих участников Сталинградской битвы, живущих в Беларуси. Как член президиума Республиканского совета Белорусского общественного объединения ветеранов, подробно записал интереснейшие воспоминания, как в городе-герое они сражались против гитлеровцев. Искал, может, кто причастен к пленению немецкого фельдмаршала Паулюса и генералов штаба 6-й армии. И спустя много времени, кажется, нашел…

Тот самый разведчик

Очередная беседа с ветераном войны Григорием Обелевским, живущим в Гродно. Человек с удивительной биографией. В 17 лет он стал комсомольцем, добровольно пошел на фронт, воевал в Сталинграде разведчиком в легендарной 64-й армии. Именно ее солдаты утром 6 февраля 1943 года и взяли в плен Фридриха Паулюса и весь его штаб. Кстати, командующий 64-й генерал Михаил Шумилов до войны служил в Беларуси.

— Григорий Исаакович, а где вы тогда находились? — спрашиваю собеседника.

— Участвовали в тех событиях. Наша разведрота входила в состав 36-й гвардейской дивизии, которой командовал полковник Михаил Денисенко. Дивизия располагалась в районе деревни Бекетовка. Мы, разведчики, жили в блиндаже недалеко от штаба 36-й дивизии. Иногда нас привлекали охранять этот штаб, и в те дни, когда в Бекетовке находились плененные Паулюс и его генералы. Так что мы многое видели собственными глазами.

Как известно, последним пристанищем командующего 6-й немецкой армии Паулюса и его штаба был подвал универмага в Сталинграде. Сюда солдаты 38-й мотобригады загнали хваленых фашистских генералов. Единственное спасение — плен. Потому и пришлось им выбираться из того подвала с белым флагом в руках, продолжает Григорий Обелевский.


Хорошая и плохая новость

Гитлер надеялся, что срочное производство Паулюса в фельдмаршалы как-то повлияет на моральное состояние в 6-й армии, изменит ход событий в ее пользу. Тщетно. Немецкие солдаты 6-й армии, попав в те дни в плен, прямо говорили на допросах: «Нам капут под Сталинградом».

Вскоре в универмаг прибыл начальник штаба 64-й армии генерал-майор Ласкин. Генерал Михаил Шумилов приказал ему доставить Паулюса и его начальника штаба Шмидта на командный пункт 64-й.

Послушаем вновь Григория Обелевского:

— Когда Паулюс и его генералы выбрались из подвала универмага, неожиданно начался обстрел. Несдавшиеся фашисты были недовольны этой позорной капитуляцией, потому и вели огонь по месту, где находилось руководство 6-й армии. Короче, здесь было опасно, Паулюса и его генералов быстро посадили в машину, прикрепили к ней белый флаг и поехали в Бекетовку…

Как же повели себя дальше Паулюс и его генералы? Об этом рассказывается в книге «Сталинградская эпопея», изданной в Москве. Здесь впервые опубликованы документы, рассекреченные Федеральной службой Российской Федерации. 

Защитники Сталинграда у развалин центрального универмага, где скрывался Паулюс.

Русская баня

1 февраля. Пленные немецкие генералы оживленно обсуждают выпуск газеты «Красная Армия». Опять стали смотреть цифры. Обратили внимание на общее количество находившихся в окружении. Паулюс сказал: «Возможно, ведь мы ничего не знали». Шмидт пытается объяснить — рисует линию фронта, прорыв, окружение, говорит: «Много обозов, других частей, сами не знали, точно сколько».

В течение получаса молчат, курят сигары. Шмидт: «А в Германии возможен кризис военного руководства». Никто не отвечает. Шмидт: «До середины марта они, вероятно, будут наступать». Паулюс: «Пожалуй, и дольше». — «Остановятся ли на прежних границах?» Паулюс: «Да, все это войдет в историю как блестящий пример оперативного искусства противника».

2 февраля. Шмидт: «Заметили, какая здесь охрана? Много народу, но чувствуешь себя не как в тюрьме. А вот я помню, когда при штабе фельдмаршала Буша были пленные русские генералы, в комнате с ними никого не было, посты стояли на улице и входить к ним имел право только полковник». Паулюс: «А так лучше. Хорошо, что не ощущается тюрьма, но все-таки это тюрьма». К Паулюсу Шмидт и Адам относятся с уважением.

3 февраля. Генералам предлагают ехать в баню. Паулюс и Адам с радостью соглашаются. Решающее воздействие оказало заявление Паулюса, что русские бани — очень хорошие и в них всегда тепло. Все четверо уехали в баню. Примерно через полтора часа они возвратились. Впечатления прекрасные. Обмениваются оживленно мнениями о качествах и преимуществах русской бани перед другими. Ждут обеда, чтобы после него сразу лечь спать.

…Разговор прерван появившимся обедом. Едят, хвалят кухню. Настроение поднимается. После обеда спят почти до ужина. Ужин опять хвалят. Закуривают.

Почти часовое молчание. Курят, думают. Паулюс: «Интересно, какие известия?» Адам: «Наверное, дальнейшее продвижение русских. Сейчас они могут это делать». Шмидт: «А что дальше? Все тот же больной вопрос! По-моему, эта война окончится еще более внезапно, чем она началась, и конец ее будет не военный, а политический. Ясно, что мы не можем победить Россию, а она нас». 

С другой стороны

Но ведь в те дни для самого Паулюса и плененного немецкого генералитета театром стала жестокая реальность. Примечательный момент. При первом допросе у генерала Шумилова пленным генералам предложили пообедать. Паулюс попросил русской водки. Когда бутылку поставили на стол, он разлил водку по бокалам и предложил тост: «За русскую армию и ее полководцев».

Да, совсем по-иному вел себя в советском плену этот фельдмаршал. Тот самый Паулюс, который участвовал в подготовке и проведении наступательных операций в Польше, Голландии, Бельгии и Франции. Тот самый Паулюс, который занимался разработкой плана «Барбаросса» — нападения на Советский Союз.

Имея задачу в течение одной недели овладеть Сталинградом, его 6-я армия ведет безуспешные бои в районе города 200 дней и ночей. Оказавшись в кольце окружения советских войск, Паулюс не решается на самостоятельные действия по прорыву. Остался верным приказу своего бесноватого фюрера — стоять до конца. И достоялся: обрек свою армию на полное уничтожение.

Похоже, прозрел, только находясь в советском плену: в 1944 году вступил в антифашистский Союз немецких офицеров, а затем в Национальный комитет «Свободная Германия». На Нюрнбергском процессе Паулюс выступал в качестве свидетеля со стороны советского обвинения. После освобождения в 1953 году жил в Дрездене (Восточная Германия), где формально имел чин офицера народной полиции.

Дорогая медаль

А что наш смелый юный разведчик Григорий Обелевский, которому, слава Богу, уже 95 лет?

— В те дни у нас только и разговоров что о пленении высокопоставленных фашистских генералов, — вспоминает он. — Представляете, как все радовались. «Дали в Сталинграде фашистам по зубам, очень крепко дали, еле ползут пленные», — говорили мы. Гордились, что есть здесь и наша заслуга.

Для меня те события завершились наградой. Однажды мы уже легли отдыхать, как в наш блиндаж влетает командир роты. «Встать! — командует во весь голос. — Командир дивизии идет к нам». Тут же открывается дверь, и мы видим нашего полковника Денисенко. Нас построили, и командир лично вручил нам награды. В том числе и мне — медаль «За боевые заслуги». Это первая моя награда в войну, она особенно дорога, потому что за Сталинград…

Михаил ШИМАНСКИЙ.

Фото Катерины ЧАРОВСКОЙ и из открытых источников.

Защитники Сталинграда у развалин центрального универмага, где скрывался Паулюс.
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...