Большая вера в маленькие чудеса

Ведущий Егор Хрусталев о том, как выбирает собеседников для своих передач, почему не уходит в интернет и о феномене Юрия Дудя

Три года назад Егор Хрусталев вернулся на белорусское телевидение. Сделал ставку на телеканал «РТР–Беларусь» и не прогадал. Его воскресное ток–шоу «Что происходит» который сезон не теряет бодрости и по–прежнему собирает у экранов и в соцсетях всех неравнодушных к нашим политическим, экономическим и социальным реалиям, а выпуски авторской программы Хрусталева «Простые вопросы» цитирует главный герой рунета Юрий Дудь. Как, спрашиваем у ведущего, можно войти в одну реку дважды и при этом сохранить веру в белорусское ТВ? Егор Вячеславович загадочно улыбается и с удовольствием подводит некоторые итоги первой трехлетки.

— Сразу после появления на телевизионных радарах «РТР–Беларусь» в 2015–м в интервью нашей газете вы говорили, что с возвращением в Минск к вам «вернулась острота восприятия». И до сих пор, получается, не ушла?

— Нет. Хотя ощущение новизны, конечно, чуть–чуть притупилось. Но когда доводится остановиться, задуматься, поговорить с близкими, я понимаю, что мне очень нравится то, как этот период выглядит с профессиональной точки зрения.

— Что изменилось? Получилось ли то, что задумывали?

— Есть такая теория: если чего–то действительно очень захотеть, то все непременно сбудется. Именно так у меня и сложилось. Самое главное — это возможность 2 раза в неделю беседовать с интереснейшими людьми. Моя программа «Простые вопросы» — это не только шанс поговорить со знаменитостями разного масштаба, но и задать им те вопросы, о которых в дружеской беседе никогда не спросишь. Готовясь к каждой программе, я погружаюсь в мир этого человека. А уже после записи остается определенное послевкусие. Например, после интервью с Башметом я подсел на Рахманинова, а после встречи с Юрским пересмотрел все его фильмы.

— Все ваши герои очень разные. В последних выпусках, например, были певица Светлана Лобода, комик Тимур Юнусов из «Камеди клаб» и посол России в Беларуси Александр Суриков. По какому принципу выбираете собеседников?

— «Простые вопросы» ориентированы на разного зрителя. Изначально они затевались как передача, которая могла бы оперативно реагировать на различные политические, культурные и спортивные события. А сейчас получается, что программа, скорее, их предваряет. И мне кажется, что в этом, скажем так, чудесном разнообразии и заключается определенная прелесть.

Другое дело, что гостей уровня того же Башмета на каждый выпуск программы не наберешь. Но опять–таки никогда не угадаешь, какая передача зайдет зрителю. Серьезное, казалось бы, интервью с Владимиром Познером набрало не слишком большие 20 тысяч просмотров. В то же время количество просмотров выпуска со звездой сериала «Универ» Настасьей Самбурской перевалило за сотни тысяч. Но есть и еще один момент, который мне как ведущему всегда очень интересен — когда я открываю для себя героя с совершенно иной стороны. Так было, например, со
Светланой Лободой. Ее сценический образ идет вразрез с тем, что я увидел и услышал во время интервью. Это человек серьезный, трудолюбивый и далеко не глупый. Знаю несколько таких женщин у нас в Беларуси, которым их внешность сослужила плохую службу. Например, Ирина Ромбальская. Она выглядит как куколка с обложки, но на самом деле это очень умный и начитанный человек. Но из–за внешности воспринимать ее серьезно многим очень сложно. Та же история и с Лободой.

— Есть персона, которую вы очень хотите заполучить в программу, но пока по тем или иным причинам этого не удается сделать?

— Юрий Дудь. Он пока мне не отвечает.

— А почему он вам интересен? Чем Дудь отличается от сотни других интервьюеров?

— Есть много талантливых ведущих, но именно он первым прочувствовал свою аудиторию и сделал формат интервью популярным на просторах интернета. Его первыми собеседниками были те, кто являлся частью этой аудитории — малоизвестные широкому кругу, но популярные среди молодежи музыканты. На этих встречах он собрал первые сотни просмотров и теперь имеет возможность звать в свою программу тех, кого захочет: от Алексея Навального до Юрия Шевчука. Если бы он начал с Шевчука, это бы не сработало. Мне кажется, что к Шевчуку Дудь поехал во многом и после просмотра нашей с музыкантом беседы. Один из моих вопросов Юрий даже цитирует в своей программе. У выпуска «Простых вопросов» с лидером ДДТ было огромное количество просмотров и столько же комментариев. Казалось бы, Шевчука как–то подзабыли, но наша программа показала и доказала, что он по–прежнему интересен огромному количеству людей.


— А вы можете в своем проекте позволить себе задавать вопросы, которые задает Дудь? Например, «Сколько вы зарабатываете?» или «Окажись вы перед Путиным, что бы вы у него спросили?».

— В этих вопросах и заключается фишка Дудя. Но все равно это в беседе не главное. Мне, скажем, долгое время тривиальным казался прием «Назовите три главные вещи, которые...» Вот вроде и банально, уровня первоклассника, но ответы бывают действительно интересными. И еще одно: каким бы порой поверхностным ни казался Дудь, он и его команда тщательно готовятся к каждой программе и находят такую информацию, которой нет в интернете или она там есть, но спрятана очень глубоко. Для этого нужно многое прочитать и перерыть или узнать от близких к герою источников.

— Ваша вторая программа «Что происходит» рассказывает о том, что волнует каждого. Недавно шуму наделал выпуск, посвященный Декрету № 7 «О развитии предпринимательства».


— К таким темам мы подходим долго. С одной стороны, хочется сделать программу по существу, и у нас есть час, чтобы языком, доступным для широкой аудитории, рассказать просто о сложных вещах. Но, с другой стороны, реальное информирование выглядит для телезрителя тоскливо, а делать нудненькую передачу не очень–то хочется. Поэтому я как ведущий иногда подогреваю интерес, становлюсь провокатором. При этом стараюсь не забывать: главное — конструктивный диалог.

— От чего зависит градус остроты шоу: от темы или все–таки спикеров?

— От спикеров. И в России, и в Беларуси есть несколько ярких персон, которые могут сделать этот нерв, и тогда у программы появляется динамика, люди включают телевизор и подвисают. Разница лишь в том, что на российском ТВ это все создается намеренно. У нас же скорее ситуативно. Я был свидетелем записи одного шоу, где Соловьев кричал на Проханова, а Проханов на Соловьева. А как только закончилась съемка, они вышли, обнялись, разговорились. То есть все эти крики, ругань, ссоры — это часть российского ТВ, такая игра.

Фото Владимира Шлапака.

Мы же не делаем шоу по российским лекалам. Хотя бы потому, что сделать это не так просто. Мы живем в относительно небольшой стране, у нас другой менталитет. Обратите внимание: темы эфиров шоу «Прямой эфир», «Пусть говорят» — это, как правило, частные истории людей. У нас такие истории выносить на экраны ТВ просто не принято.

— Помимо ведения программ, вы занимаетесь еще и производством развлекательного контента для телеканала СТВ. Скучаете по старым добрым временам?

— Можно и так сказать. Мне повезло, потому что время моего прихода на ТВ совпало с периодом расцвета национального телепроизводства. Это были годы, когда собственный контент вызывал у телезрителя колоссальный интерес. Вы не поверите, но первые диски «Песни года Беларуси» разошлись теми же тиражами, что и диски Земфиры. В течение нескольких лет на ОНТ мы попробовали себя во всех возможных жанрах: от ток–шоу в прямом эфире и «Песни года» до первого реалити–шоу «Звездный цирк». А ведь были еще и «Большие гонки», белорусский день на «Новой волне», фестиваль в Мирском замке, первый ТВ–мюзикл «Павлинка»...

Сейчас мне по–прежнему все это очень интересно. Например, проект «Звезда эпохи» — моя давняя мечта. Рекомендовал его сделать, еще будучи в Москве, когда там только–только стартовали все эти шоу перевоплощений. Если мне продлят контракт, то я с удовольствием продолжу. От своих журналистских путешествий и интервью тоже, конечно, не откажусь. Потому что ощущаю отклик. В эфире программа идет всего 16 минут, а ведь беседы порой длятся больше часа. Многое, увы, в эфир не входит.

— Так, может, стоит уйти в интернет, как Дудь?

— Еще есть поколение, которое смотрит ТВ. И у них, тех, кто родился до 1985 года, присутствует ощущение единомоментности происходящего. То, что мы смотрим в интернете, по сути, то же телевидение. Вопрос в качестве. В сети все ругаются матом, по поводу и без. А телевидение, точнее, некоторые каналы, несут еще и гуманитарную миссию. Никто даже не представляет, сколько это денег стоит содержать российский канал «Культура» или наш «Беларусь 3». Но эти каналы нужны и важны, хотя их аудитория очень маленькая.

А вообще я с удовольствием в нагрузку к моим основным обязанностям занялся бы созданием документальных лент. Хотел бы расследовать природу тех вещей, которые называют божественными: любовь, дружбу, верность, талант, веру. Мы часто обращаем внимание на сверхъестественные вещи, смотрим «Битву экстрасенсов», но ведь самое чудесное происходит с нами каждый день. И на примере конкретных судеб мне было бы очень интересно исследовать эти чудеса.

leonovich@sb.by

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...