Беспристрастный взгляд на год становления

СОЗДАНИЕ Следственного комитета Республики Беларусь, Указ об образовании которого глава государства подписал 12 сентября 2011 года, положило начало коренной реформе белорусской правоохранительной системы. На протяжении года деятельность следователей находилась под пристальным вниманием общественности. Комитет был призван стать воплощением справедливости, а его сотрудники — образцом служения закону и профессионализма. Не разошлись ли слова с делом? Каким был первый год работы для следователей? Об этом — в эксклюзивном интервью корреспонденту БЕЛТА рассказал председатель Следственного комитета Валерий ВАКУЛЬЧИК.

Доверие, которое оказал новой структуре глава государства, и ожидания граждан оправдываются. Об этом заявил председатель Следственного комитета Беларуси Валерий Вакульчик

СОЗДАНИЕ Следственного комитета Республики Беларусь, Указ об образовании которого глава государства подписал 12 сентября 2011 года, положило начало коренной реформе белорусской правоохранительной системы. На протяжении года деятельность следователей находилась под пристальным вниманием общественности. Комитет был призван стать воплощением справедливости, а его сотрудники — образцом служения закону и профессионализма. Не разошлись ли слова с делом? Каким был первый год работы для следователей? Об этом — в эксклюзивном интервью корреспонденту БЕЛТА рассказал председатель Следственного комитета Валерий ВАКУЛЬЧИК.

— Валерий Павлович, позади год напряженного труда. Можете ли вы сказать, что становление новой правоохранительной структуры завершено?

— Беспристрастно глядя на Следственный комитет, могу сказать, что становление самостоятельного единого органа предварительного расследования состоялось. Следственный комитет выполняет все возложенные на него функции, он занял свое место в системе правоохранительных органов и совместно с ними выполняет задачи по обеспечению безопасности личности, общества и государства.

Надеюсь, что результаты труда комитета позволяют сделать вывод о том, что доверие, которое было нам оказано главой государства, и ожидания граждан в целом оправдываются.

Важно, что удалось избежать просчетов и существенных ошибок, которые зачастую допускаются в начале нового дела. Следственный комитет с первых дней работы обеспечил своевременное и качественное расследование уголовных дел. В течение года следователи приняли и возбудили 97 тысяч уголовных дел, по 34 тысячам завершили расследование.

— Какие проблемы выявились в процессе формирования и работы Следственного комитета?

— Пока не удалось преломить тенденцию к увеличению удельного веса уголовных дел, оконченных в срок свыше двух месяцев, который достиг 13,3 процента. Это на 2,5 процента больше, чем за январь—август 2011 года.

С одной стороны, данный показатель свидетельствует о более принципиальной позиции руководителей следственных подразделений, предъявляющих объективные требования к полноте сбора доказательств по уголовному делу и проверке всех версий преступления. С другой, в ряде случаев превышение сроков, предусмотренных УПК, обусловлены волокитой и ненадлежащим планированием проведения процессуальных действий.

По итогам прошедшей в июле коллегии Следственного комитета приняты конкретные решения, направленные на сокращение сроков предварительного следствия по уголовным делам.

— Главная задача Следственного комитета, которая декларировалась в процессе его создания, — повышение качества предварительного расследования, в том числе и за счет исключения влияния на ход дознания ведомственных интересов, исключения привлечения к ответственности невиновных или, наоборот, освобождения от наказания преступников. Удается ли Следственному комитету претворять в жизнь такие фундаментальные принципы юридического права, как законность, справедливость и неотвратимость наказания?

— В комитете выстроена система мер, направленная на сокращение случаев незаконного привлечения граждан к уголовной ответственности и других негативных явлений в следственной практике.

За время деятельности Следственного комитета суды вынесли шесть оправдательных приговоров, прекратили уголовные дела в отношении четырех граждан, расследования по которым производились нашими следователями. К сожалению, есть и такие удручающие факты. Все оправдательные приговоры по делам вынесены обоснованно, из-за недоработок следствия.

Однако отмечу, что, во-первых, вынесение судами оправдательных приговоров — это вполне нормальная практика. Например, в европейских государствах и странах СНГ процент оправдательных приговоров значительно выше, чем у нас. С другой стороны, они свидетельствуют о совершенстве правоохранительной и судебной систем, о состязательности в уголовном процессе, когда обвинитель предъявляет свои аргументы виновности подозреваемого, основываясь на данных расследования, а адвокат его защищает. Если защита смогла привести суду весомые доказательства невиновности гражданина и суд согласился с ее доводами, значит, в стране существует объективная судебная система, обеспечивающая защиту интересов человека.

Вместе с тем я считаю направление в суд «сырых» материалов недоработкой сотрудников Следственного комитета. Что позволило следствию допустить ошибку? Действия следователя или системные упущения? По всем оправдательным приговорам проводятся служебные расследования, выясняются причины некачественного следствия. По итогам проверки принимаются меры, направленные на то, чтобы таких проблем больше не возникало. А это уже новый уровень нашей работы. Если сначала мы ставили цель обеспечить становление Следственного комитета, то сейчас выходим на этап аналитики. Смотрим, какие имеются проблемы, резервы для улучшения качества следствия, повышения его оперативности и объективности, производительности труда.

В частности, мы уделяем большое внимание развитию ускоренного производства по уголовным делам. Количество таких дел, переданных в суд, увеличилось в три раза по сравнению с прошлым годом.

Надеюсь, что на новый уровень выходит и работа по своевременному выявлению причин и условий совершения преступлений, принятию эффективных мер по их устранению. Ранее этим делом занимались в основном прокурорские работники, а следователи зачастую относились к нему формально. На коллегии Следственного комитета мы проанализировали пробелы в этом направлении, определили общие подходы. На мой взгляд, нужно вовлечь следователей в систему контроля за исполнением госорганами или организациями представлений. Как происходило ранее? Следователь передавал дело прокурору для направления в суд и перед этим направлял представление должностным лицам и организациям о выявлении и устранении причин и условий, способствующих совершению преступлений. При таком порядке следователь оставался в стороне, был лишен инструментов контроля за исполнением документов. Сейчас мы поставили требование: уже на стадии расследования направлять представления. Законом отводится до двух месяцев на расследование, за исключением ускоренного производства. Получается, что у госорганов есть месяц для того, чтобы принять необходимые меры и сообщить о них в Следственный комитет.

Сотрудники комитета изучают составы и виды преступлений, территориальность их совершения, делают выводы о возможных причинах и условиях их совершения. Перед Следственным комитетом до конца этого года стоит задача углубить анализ предпосылок к совершению правонарушений, найти новые подходы к их устранению. Думаю, с задачей мы справимся. Это позволит следователям более широко посмотреть на ситуацию, решать вопросы, исходя из интересов общества. Ведь задача всей правоохранительной системы не только в раскрытии преступления, но и в его предупреждении.

— Что побудило вас инициировать создание в Беларуси института соглашения со следствием? Как он скажется на работе следователей?

— Эта идея возникла при поиске возможностей совершенствования работы правоохранительной системы и, в частности, повышения эффективности работы следствия. Есть разные пути, один из них — институт соглашения со следствием. Мы внимательно изучили опыт стран, в которых он широко используется, — России, США, Украины, Грузии. В белорусском законодательстве необходимо определить четкие и понятные правила сотрудничества со следствием, прописать гарантии смягчения наказания обвиняемым, которые помогают следствию. Если человек пошел на сотрудничество, он должен быть уверен в том, что ему будет назначено наказание не более 1/2, 2/3 от максимально возможного. Оговорюсь, что сегодня в белорусском законодательстве есть понятие «чистосердечное признание смягчает наказание», однако оно трактуется по-разному, оставляя широкий маневр для обвинения и суда.

Институт соглашения со следствием, с одной стороны, учитывает интересы граждан, в первую очередь подозреваемых и обвиняемых, а с другой — позволяет оптимизировать работу следователя, снизить нагрузку на прокуроров и судей.

Признание особенно актуально при расследовании преступлений, совершенных группой лиц. Такая форма сотрудничества со следствием значительно облегчит раскрытие злодеяний, позволит предотвратить новые преступления, которые могут совершить остающиеся на свободе преступники.

— Валерий Павлович, предложение о создании института соглашения со следствием вызвало бурное обсуждение в Интернете, некоторые аналитики из маргинальной среды назвали его «сделкой», которая позволяет избежать наказания за преступление...

— Я знаком с мнением оппонентов, читал эти материалы. Поясню: возможность освобождения от уголовной ответственности закреплена и в действующем законодательстве. Ведь соблюдение принципа неотвратимости наказания не всегда означает лишение свободы — есть альтернативные формы, возможно, в некоторых случаях более эффективные с точки зрения воспитания.

Убежден, что институт соглашения со следствием также положительно повлияет на работу по предупреждению преступности. Важно, чтобы человек осознал, что он был не прав, раскаялся и впредь не преступал закон. Кроме того, он должен понимать, что справедливо понес наказание.

Пока мы не можем говорить о создании этого института как о свершившемся факте. Идет обсуждение с правоохранительными ведомствами. Я же уверен, что рано или поздно он будет создан.

— Нашла ли поддержку эта идея у руководителей правоохранительных ведомств?

— Эта идея не нова. Министр внутренних дел Игорь Шуневич выступил с такой инициативой более пяти лет назад, еще будучи начальником следствия Минской области, подготовил обоснование. Необходимость такого шага понимают и другие руководители.

— Валерий Павлович, были ли случаи, когда на следователей пытались оказать давление?

— Возможности оказания такого давления ограничены. Теперь в плане подчиненности следователь — лицо независимое. В этом отношении мы можем говорить, что цель достигнута.

Александр САМ

(Окончание следует.)

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости