Белая церковь с черной отметиной

Спроектировал ли храм чашникской Череи знаменитый итальянский зодчий Аристотель Фьорованти

БЕЛАРУСЬ богата своими легендами. Каждая старинная усадьба, любые живописные развалины хранят множество тайн и загадок. Порой незатейливых и забавных, временами жутких и кровавых. Но неизменно интересных и захватывающих. В новой рубрике корреспонденты «СГ» попытаются заглянуть в прошлое, разгадать его загадки и найти ответы на вопросы.

Жители чашникской Череи уверены: их храм спроектировал знаменитый итальянский зодчий. Но кто и когда его восстановит?



ПРОЕЗЖАТЬ мимо деревни Черея Чашникского района и не заехать к Белой церкви — значит, упустить что-то важное. Каждый, кто видел храм однажды, мечтает сюда вернуться. Он возвышается на холме, который полуостровом врезается в Черейское озеро. И сразу даже не поймешь, что уже многие годы он стоит полуразрушенным. Так величественно смотрится.

На самом деле церковь называется Свято-Троицкой. А Белая Церковь — деревня, которая получила свое название именно благодаря храму. Белая — потому что когда-то стены церкви и в самом деле были оштукатурены и побелены. Но с тех пор штукатурка обвалилась, и теперь храм красный, кирпичный. 

ВМЕСТЕ с начальником отдела идеологической работы, культуры и по делам молодежи Чашникского райисполкома Галиной Авижей поднимаемся по тропинке, снег перед нами заметает следы. Видно, что мы не первые посетители за день. Внутри, на перекрестке ветров, на стенах храма иконы, под ними — цветы, лампадки, свечи. Несмотря на то, что в Черее недавно отремонтировали Михайловский храм, люди продолжают ходить и сюда тоже.

Первые иконы стали появляться здесь лет двадцать назад. В конце прошлого века приезжала в Черею монахиня Варвара из Орши с миссией провести молебен на местах разрушенных церквей. Тогда были крестный ход и служба. Не исключено, что именно с тех самых пор и появилась у местных традиция приходить в Белую церковь.

А может, людей притягивают красота и необычность этого места. Ведь церковь — памятник архитектуры раннего барокко. По утверждениям специалистов, она уникальна не только для Беларуси, но и для России и Италии. В двухметровой толщине стен звонницы — внутренняя лестница. Молитвенный зал перекрыт цилиндрическим сводом с распалубками. Многие архитектурные детали — такие, как толщина стен, узкие окна-бойницы, мощная башня звонницы — указывают на оборонительный характер сооружения.

Фундаментальных исследований Троицкой церкви никогда не проводилось. Но гипотез относительно ее бытует масса. А главная тайна — дата строительства. Вернее, официальная дата — 1595 год. Но библиотекарь Черейской сельской библиотеки краевед Татьяна Козловская считает, что церковь куда как старше. Специалист нашла запись в летописи архиепископа Мисаила, что он «в 1475 году уделал в Черее каменную церковь». Это ли не свидетельство?

Этого же мнения придерживается историк и реставратор, доктор искусствоведения Роальд Романов. Его дед, Федор Михайлович, — знаковая личность для Череи. Был врачом, построил здесь больницу, во время войны помогал партизанам. Его внук, хоть и живет в России, часто приезжает сюда, написал несколько книг об этих местах. Он уверен: Троицкая церковь на сотню лет старше, чем ей приписывают. Более того, по всей видимости, проектировал ее известный итальянский архитектор Аристотель Фьорованти. Если бы это оказалось правдой, стало бы несомненной сенсацией.

 
Белая церковь на открытке началаXXвека и сегодня

В СЕРЕДИНЕ 70-х годов XV века Фьорованти пригласили в Москву для строительства Успенского собора. Но зодчему не позволили построить его так, как он это задумал: сводчатым, без колонн. Именно таким образом позже возвели Троицкий храм недалеко от Череи. Московские заказчики тогда не поверили, что купол не провалится, велели подпереть своды колоннами. По всей видимости, свою идею он и воплотил после на территории нынешней Беларуси, предполагает Татьяна Козловская.

В то время владельцем этих земель был Богдан Сапега. Его жена получила Черею в наследство. Основная же версия гласит, будто строительство вел его потомок Лев Сапега. Но местные жители всегда считали, что Лев Сапега эту церковь только поштукатурил и побелил. Эта история передавалась в деревне из уст в уста от старожилов. Что же касается Аристотеля Фьорованти, Богдана Сапеги и архиепископа Мисаила, то, судя по годам их жизни и деятельности, они вполне могли встречаться.

Еще один факт: кирпич, из которого построена церковь, имеет нестандартные размеры. В длину — два фута, в ширину — полфута и в высоту — четверть. Именно из таких кирпичей и строили в Италии церкви по проектам Аристотеля Фьорованти.

В пользу версии Роальда Романова и Татьяны Козловской и завещание Льва Сапеги, в котором говорится, что он жертвует часть своего состояния на Троицкую церковь, в которой покоится прах его родителей и предков. Но если он ее построил сам, много ли могло покоиться предков в крипте?

Кроме того, историк искусств из Польши Андрей Пелецкий, посетив церковь, рассказывал, что увидел там два типа постройки — старую и поновее. Возможно, позже церковь просто перестраивали, отсюда и все недоразумения.

Связано с легендой и еще одно имя — Василия Ермолина. Это белорусский зодчий, у которого была своя артель и который занимался строительством в Русском государстве в XV веке. И именно он со своими работниками мог воплощать в жизнь идею итальянского зодчего. Кстати, Василию Ермолину приписывают создание первого герба Москвы — барельефа Георгия Победоносца.

Ну и какие старинные развалины без леденящей кровь истории? Есть такая и у Белой церкви. Рядом обнаружена старинная плита. К сожалению, надпись на ней разобрать не удается. Но есть легенда, будто бы во время освящения церкви один из ее создателей поднялся на колокольню и оттуда упал. Его похоронили у входа. Одни говорят, что это была трагическая случайность. Другие считают, что таким образом зодчий решил увековечить себя, потому что при строительстве церкви творцы не имели права оставлять метки со своим именем. Кстати, никто до сих пор так и не нашел могилу Фьорованти. Где похоронен Василий Ермолин, тоже, по всей видимости, неизвестно.

Так что не исключено, что прах Фьорованти, как и многих поколений Сапег, покоится в крипте под Белой церковью. Но узнать это невозможно. Подвалы ее засыпали песком еще в конце XIX века. Почему? На этот вопрос тоже нет ответа. Возможно, потому, что изначально церковь строилась как униатская и лишь после перешла к православным. Вот и было решено засыпать подземелье, чтобы прихожане не протестовали против того, что там похоронены иноверцы.

В ЦЕРКВИ хранилась икона, которой приписывали многие чудеса. Вот выдержка из «Могилевских губернских новостей» от 28 июня 1908 года: «Сенодом разрешен ежегодный крестный ход из села Белая Церковь в Сенно с чудотворной иконой Божией Матери, именуемой «Знамение»… Село Ведец Сенненского уезда. 27 июня Ведецкий крестный ход на границе своего прихода в шесть часов вечера встретил святую чудотворную икону «Знамение», несомую из Белой церкви в Сенно. До сего места ее сопровождал Замочский крестный ход. Встреча двух ходов при чудесной погоде. Народа больше трех тысяч. При приближении к селу Ведец народ увеличился до четырех тысяч с лишним. Так много людей не было нигде, кроме как в Сенно. Дорога шла полем, и только у села Ведец около двухсот саженей лесом, где пение производило неизгладимое впечатление. В исходе восьмого часа крестный ход вступил в село Ведец. В начале села, у дома священника была устроена великолепная арка из зелени, цветов, увенчанная святой иконою. Здесь же икона была встречена хлебом-солью и отслужен молебен»…

Что стало с иконой и где она теперь, к сожалению, неизвестно. Есть разные предположения: от того, что она хранится в запасниках одного из минских музеев, до того, что ее видели в одном из действующих храмов Москвы. Но поскольку она была в окладе, невозможно точно сказать, так это или нет.

С Белой церковью связаны и другие уникальные произведения искусства. Лев Сапега заказал для нее напрестольный крест. Как и знаменитый крест, созданный Лазарем Богшей, он был украшен самоцветами, драгоценными камнями, а высотой был больше метра. Также здесь хранилась очень богатая плащеница. Но все эти ценности, к сожалению, безвозвратно утеряны.

Во времена воинствующего атеизма, в 1929 году, церковь закрыли, сбросили в озеро колокол. Где-то на дне он покоится и сейчас. Очень хотели разрушить: цепляли тросы, тянули тракторами, но не получилось — уж очень толстые стены и слишком крепкий раствор, которым скрепляли кирпичи. А ночью на озере случилась страшная буря. Такой местные жители не помнили ни до, ни после. В результате даже атеисты испугались, решили оставить церковь в покое и сделали в ее стенах склад.

СЕГОДНЯ местные жители мечтают о восстановлении храма. В этом году подписаны документы, и церковь отошла к Новолукомльскому приходу. Настоятель отец Алексей делает все возможное, чтобы перерегистрировать ее как объект, подлежащий реконструкции, иначе восстановление будет невозможно.

Сейчас церковь в строительных лесах. Летом ее свод чистили от мусора, который скопился за сотню лет. Пока развалины планируют законсервировать, а рядом поставить небольшую часовенку, чтобы люди не подвергали себя опасности, заходя внутрь полуразрушенного здания. И очень хочется верить, что Белая церковь возродится. В ней будут вести службы и звучать песнопения. Потому что настоящее искусство, как и настоящая духовность, вечно.

bolshakova@sb.by

Фото автора и из архива Черейской сельской библиотеки
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости