Ангелы кардиохирурга Петрова

Легендарный кардиохирург стал известным художником

Более пятидесяти лет он «держит сердце на ладони», а не так давно взял в руки кисть. Легендарный кардиохирург, возглавлявший одно из отделений Республиканского научно-практического центра «Кардиология», в свое время внедривший немало инновационных методик в операции на сердце, коронарных и периферических сосудах, Юрий Петров широко известен не только в научно-медицинских, но и творческих кругах.

Врач, возвративший надежду сотням пациентов, верит: за каждым чудом спасения человека стоят не только удача и профессионализм медика, но и добрый ангел. Ангелов Петров и пишет — маслом на холсте, на своей кухне в небольшой городской квартире.

— Вот уже около трех десятков нарисовал, — делится художник-любитель. — В основном это ангелы-хранители. Но есть и темные, из Библии — например, ангел Иуды. Есть ангел-мудрец. Есть пророк. У каждого человека ведь свой ангел. Я их вижу. Я же рентгенолог, — смеется врач. 

В роду Петровых не было живописцев. Так что увлечение изобразительным искусством у Юрия Петровича началось скорее с дружбы с профессиональными художниками и с коллекционирования. Ценитель тонких пейзажей и сюжетных картин, он посещал минские выставки и вернисажи, бывал в мастерских своих приятелей и старался по возможности приобрести понравившиеся полотна. Жалеет, правда, что не всегда финансовые возможности позволяли купить то, что хотелось.

Например, в свое время упустил «Кота» Николая Селещука. Кардиолог-коллекционер — поклонник реализма. Но в его собрании есть и несколько абстрактных работ.

— Мне было 28, когда первую картину просто подарили. Работа Евгения Тихонова: распахнутое окно, за занавеской открывается летний пейзаж родительского дома. Так и пошло. Я стал приобретать картины, но без самоцели, не бегал по магазинам. Каждое из моих приобретений имеет историю знакомства с человеком, с местом или с какой-то значимой датой. В любой вещи для меня всегда важна ее энергетика.

Постепенно Петрова стали интересовать не только картины, но и сам процесс их создания. Внутренний мир художников привлекал своей незащищенностью, ранимостью и особым творческим мировоззрением, которое так противоположно сегодняшнему прагматичному времени.
— У меня после 30 происходили неурядицы в семье. Хотелось найти отдушину, общаться со светлыми людьми. В мастерских собирались не только художники, но и их друзья — архитекторы, актеры, поэты. Люди интересные, образованные — было интересно общаться. Все любили в шахматы играть. Кстати, выиграть партию у них считалось большим достижением, тебя сразу начинали уважать как человека.

Первым учителем в живописи Петров считает Василия Сумарева. И Вячеслава Захаринского. От них — азы: как пользоваться красками, как держать кисть. С твердой рукой у Петрова никогда не было проблем — рука хирурга. А вот с цветопередачей... Юрий Петрович признается: он от природы дальтоник. Человек, испытывающий трудности в определении цветов, особенно красного и зеленого. И если обратить внимание на его ангелов, практически все они выписаны в золотисто-охристой или коричнево-кофейной гамме. 

— Я могу краски сделать, вот определенным цветом писать, а через два дня могу этот цвет уже не подобрать. Поэтому мне приходится или все сразу делать, или на втором подходе — заново цветовую гамму подбирать и все заново переделывать. Каких-то оттенков, тонких нюансов я, к сожалению, не вижу. Хотя кто-то из мастеров говорит, что это как раз таки хорошо.

Ангелы «от Петрова» экспонировались в минской галерее современного искусства. Издан каталог с репродукциями картин. Их ни в коем случае нельзя сравнивать с канонической иконописью. Хотя именно классический православный иконостас и есть образец для художника.

На стенах его квартиры — семейные раритеты, образа старообрядцев, которые не просто украшают жилище, а являются огромной духовной ценностью Петровых. Николай Угодник и «Собор пречистых сил архангела Михаила».

— Потребность покреститься у меня появилась не в юности (хоть мама очень просила). Где-то после 35 лет, уже работая врачом, почувствовал свою принадлежность к христианскому, православному миру и захотел перекреститься по всем канонам. Мне кажется, что в любом человеке — две тысячи лет назад или сегодня — есть потребность быть ближе к Христу и его законам. Именно глаза, именно лицо, лик — то, что отражает нашу душу, наш внутренний мир, поэтому, наверное, я и пишу лики ангелов. То есть лики реальных людей, через которые светится лучшее в них.

Он ходит в церковь. Старается соблюдать традиции. Канонические православные образа поместил и на своем рабочем месте. Над входом в операционную — Богоматерь-защитница. Последние несколько лет Петров практикует в Минской городской клинической больнице скорой помощи. Медицина, как и живопись, для него по-прежнему неотъемлемая часть жизни и потребность души.

Алеся ВЛАДИМИРОВА
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...