«Амур — Полесье»

ПРОШЛЫМ летом мой знакомый побывал на Дальнем Востоке. При Советском Союзе в тех местах он проходил срочную военную службу. И вот представилась возможность по служебным делам посетить край своей молодости. — Знаешь, что я там увидел на полях? — интригующе спросил он. — Наши, гомсельмашевские, комбайны. Работают как часы. Еще и с трафаретами на бункерах — «Амур — Полесье». — Да, мы работаем с Приамурьем, — подтвердили в дирекции гиганта белорусского сельхозмашиностроения. — И, как нам кажется, весьма неплохо.

Техника «Гомсельмаша» завоевывает Дальний Восток.

ПРОШЛЫМ летом мой знакомый побывал на Дальнем Востоке. При Советском Союзе в тех местах он проходил срочную военную службу. И вот представилась возможность по служебным делам посетить край своей молодости. — Знаешь, что я там увидел на полях? — интригующе спросил он. — Наши, гомсельмашевские, комбайны. Работают как часы. Еще и с трафаретами на бункерах — «Амур — Полесье». — Да, мы работаем с Приамурьем, — подтвердили в дирекции гиганта белорусского сельхозмашиностроения. — И, как нам кажется, весьма неплохо.

А начиналось все с визита в Гомель заместителя председателя амурского правительства Александра Нестеренко. Когда он предложил сотрудничество, на «Гомсельмаше» слегка растерялись: все-таки это не соседняя Брянщина, а Амур. Можно сказать, край земли. Но потом все-таки интерес взял верх, и предприятие подписало контракт с администрацией Амурской области.

По нему в небольшом тамошнем городке Шимановске создавался сборочный конвейер гомельских машин. Собственно говоря, сами комбайны поступали сюда в собранном виде. Здесь их только лишь «обували». Но не в колеса, а в гусеницы, так как на чрезвычайно увлажненных дальневосточных почвах комбайну на колесах делать нечего. Осуществлялась сборка по чертежам гомельских конструктов.

Надо заметить, для них это оказалось делом непростым. Ведь до сих пор с гусеницами комбайностроители не работали. Поэтому поначалу ладилось далеко не все. В Приамурье не раз летали специалисты завода, разбирались, что к чему. Постепенно все пришло в норму.

Каждую смену на заводе собирают по два комбайна. На заводском дворе подолгу они не простаивают: очередь расписана до конца года.

Чем же подкупают дальневосточных крестьян, среди которых, кстати, немало осевших там белорусов, гомельские комбайны? Они мощнее «Енисея», который выпускает одно из красноярских предприятий сельхозмашиностроения, и тоже на гусеничном ходу. Наши комбайны удобны в работе, имеют широкий обзор местности. Комфортны — кабина мало чем отличается от автомобильной. Все сошедшие с конвейера комбайны оборудованы спутниковой системой ГЛОНАСС. Это значит, что на заводе отслеживают и весь последующий путь машины. Но главное — это то, что на амурской земле гомельские комбайностроители создали сервисный центр. «Полетела», скажем, запчасть — ее тут же заменят. Забарахлило что-то другое — комбайн оперативно обслужат ремонтные бригады от завода. В командировки на Дальний Восток специалисты предприятия вылетают на месяц-полтора, а то и дольше.

— Раз надо, так надо, — говорят гомсельмашевцы Николай Василенко и Виктор Бобылев, которые тоже побывали в Шимановске.

Это «надо» выражается прежде всего в устойчивом канале сбыта продукции. Комбайн здесь покупают в среднем за 6,5 миллиона российских рублей. Причем треть этой суммы дотирует региональный бюджет. А это гарантия стабильности в оплате, что для комбайностроителей очень важно.

Что же касается расстояния, то в Приамурье и на «Гомсельмаше» резонно рассуждают: для XXI века это понятие относительное. К тому же если покупать комбайны, скажем, в Ростове-на-Дону, то получается ничуть не ближе.

Олег ШВЕДОВ, «БН»

Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?