Алмазное дело

30 лет назад в Беларуси прошел один из самых крупных и громких судебных процессов. Обвиняемые по уголовному делу получили в совокупности 127 лет лишения свободы.

(Окончание. Начало в номере за 29 мая)

Фарцовщики опасались, что за ними следят, поэтому во время сделок они четко продумывали свое передвижение по городу и телефонные переговоры, отработав необычную систему шифровки. Скажем, если назначалось время для проведения сделок, то оно по предварительной договоренности смещалось на два-три часа. Чекисты догадывались о всех ухищрениях и приезжали именно к моменту сделки. Но задержать спекулянтов с поличным все не удавалось. Помогла анонимка.

В начале апреля 1980 года на имя «начальника государственной безопасности города Минска» поступил отпечатанный на машинке листок бумаги, в котором некий гражданин под псевдонимом Голод писал (орфография автора сохранена. — Авт.): «Уезжая за границу, заявляю вам, что в городе Минске проживает Левмиц Эдуард, который скупает и перепродает различные вещи: золото, бриллианты, нигде не работает и занимается только махинациями и обманывает людей и на этом наживается. С ним работает целая шайка таких же проходимцев. Завтра либо день спустя они с другом Гизманом поедут в Москву продавать бриллианты. Раньше писать боялся а сейчас апускаю письмо перед отъездом, там не найдут».

Спустя день в КГБ позвонил неизвестный и, не называя себя, сообщил, что 10 апреля в поезде на Москву поедут два гражданина с партией бриллиантов, которые они хотят продать иностранцам...

Телефонный звонок и анонимка подтверждали оперативные наработки. Левмиц с компанией уже находились в поле зрения органов госбезопасности, поэтому было принято решение задержать их.

В назначенное время сотрудники КГБ появились в вагонах поезда. Как только состав тронулся, группа захвата ворвалась к фарцовщикам в купе. Во время обыска у Левмица из кармана извлекли завернутый в сигаретную фольгу сверток с семью бриллиантами. Разумеется, спекулянт сразу же попытался сделать удивленный вид и стал объяснять, что этот сверток он просто подобрал на перроне.

— Мы знали, что при задержанных будут бриллианты, — рассказывает работавший в 1980—1981 годах следователем следственной группы УКГБ БССР по Минской области полковник юстиции Сергей Мочалов. — Поэтому один из наших оперативников достал похожую на пенал коробочку, в которой были сделаны специальные гнезда под бриллианты и, обращаясь к Левмицу, полушутя-полусерьезно сказал: «Вот видишь, мы догадывались, что ты «случайно найдешь» на перроне этот сверток, поэтому и взяли с собой такую красивую коробочку…»

Всего при обыске у Григория Гизмана и Эдуарда Левмица чекисты нашли семь бриллиантов. В этот же день в отношении спекулянтов было возбуждено уголовное дело.

Первым заговорил Гизман. Он стал давать показания, едва его доставили в здание КГБ. Через сутки разоткровенничался и Левмиц, подробно рассказав о всей схеме скупки и реализации бриллиантов, участниках преступной группы. Спустя несколько дней начались задержания.

За считанные недели уголовное дело разрослось до десятка томов. После ареста первых фигурантов к чекистам потянулись толпы «добровольцев».

Один из фарцовщиков — Козырицкий, узнав, что произошло с товарищами, ударился в бега. Несколько месяцев, переодетый в женские одежды, он скрывался в сочинской гостинице «Жемчужина». Но и там его разыскали сотрудники правоохранительных органов.

Следствие
Несмотря на то, что расследование шло полным ходом, уголовное дело не возбуждалось. И неудивительно. Ведь к каждому делу КГБ в обществе было пристальное внимание. Даже малейшая ошибка со стороны чекистов была недопустима. Следователям долго пришлось доказывать высоким партийным чиновникам, что дело перспективное. Наконец, один из руководителей дал «добро», но под личную ответственность председателя КГБ.

Чтобы расследовать все обстоятельства, членам следственной группы понадобилось изучить всю технологию процесса обработки алмазов.

— Нам пришлось узнать, что такое шип, рункист, площадка, — рассказывает Сергей Мочалов. — В конце расследования мы уже на глаз могли определять чистый алмаз или в нем есть «облака» — другие вкрапления…

Сначала было возбуждено два уголовных дела — одно по группе лиц, занимавшейся скупкой и перепродажей бриллиантов, другое — по факту хищения бриллиантов с ПО «Кристалл». Впоследствии они были объединены.

Следствие даже по тем временам шло долго — целых 9 месяцев. В Гомеле провели несколько судебных процессов, по которым были осуждены свыше пятидесяти человек, похищавших камни с завода «Кристалл». В процессе расследования было найдено столько новых фактов воровства, что пришлось возбудить несколько дополнительных уголовных дел.

Следователи подсчитали, что Александр Артюшенко похитил с предприятия 86 бриллиантов. Основную часть он продал минским фарцовщикам.

Еще больше, чем размеры выноса продукции с ПО «Кристалл», чекистов поразили доходы столичных фарцовщиков. Большинство нигде не работающих молодых людей на одной сделке имели годовую зарплату советского инженера!

Наказание
Судебный процесс в силу его масштабности и большого количества обвиняемых проходил в Верховном суде. И хотя для заседаний был выделен самый большой зал, всякий раз он оказывался забитым до отказа.

На суде Артюшенко и Каринкову предъявили обвинение по ст. 91 УК БССР «хищение государственного имущества в особо крупных размерах», предусматривающее высшую меру наказания — расстрел. В качестве соучастников преступления на скамье подсудимых оказались также Пекарский, Иваницкий, Филиппов и Козырицкий. Следствием были доказаны сотни сделок… У обвиняемых во время обысков были изъяты около 50 тысяч советских рублей, свыше 40 бриллиантов и… тапочки Каринкова. Свидетелями по делу стали и несколько иностранных студентов.

Согласно постановлению суда, Артюшенко и Каринков получили по 15 лет лишения свободы, фарцовщики — Якутчик, Романовский, Лейвиков, Пекарский, Иваницкий и Козырицкий были приговорены к 12 годам заключения, Левмиц и Филиппов — к 10, скупщик Морозов — к 5 годам тюрьмы.

Ущерб ПО «Кристалл» был оценен на сумму свыше 100 тысяч советских рублей. Почти у всех обвиняемых в доход государства суд конфисковал имущество.

Всего по делу проходили 12 обвиняемых, 140 свидетелей, часть из которых тоже оказалась на скамье подсудимых.

Послесловие
Амнистия 1986 года в два раза сократила приговоренным сроки наказания. Ко времени выхода на свободу последнего участника «алмазного дела», ставшего самым крупным и громким процессом за всю историю Беларуси, страна уже давно жила по новым законам. Статью за спекуляцию исключили из Уголовного кодекса, а иностранную валюту можно было свободно купить в любом обменном пункте.

Виктор Каринков вернулся домой через 10 лет, Александр Артюшенко отбыл наказание, как говорится, «от звонка до звонка», но, выйдя на свободу, через некоторое время умер.

Сергей ЧИЧИЛОВ, «БН»
Фото из архива КГБ
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости