Источник: Знамя юности
Знамя юности

Александр Устюгов не готов стать матерью

Герой «Ментовских войн» Александр Устюгов рассказал «ЗН», как из простого пэтэушника превратился в актера, музыканта и реставратора мебели. А мог бы стать космонавтом или супердворником.


– Саша, наверное, простой парень из Казахстана мечтал стать космонавтом, а не актером… 

– Только не космонавтом! В этом нет никакой романтики. Не так далеко от Экибастуза, где я жил, находился Байконур, и умные люди в белых халатах регулярно приезжали к нам в школу выявлять здоровых детей. Видимо, для подготовки в космонавты. Убирали парты, ставили беговые дорожки, центрифугу, какие-то приборы с датчиками и проводами – и пожалуйте бегать, прыгать, отжиматься. К сожалению, бегающих по утрам обладателей
белозубой гагаринской улыбки в школе набралось всего пара человек. Среди которых не было меня… Когда наступила пора философских размышлений и поиска собственной идентичности, я решил стать… дворником. Помню, на уроке рисования попросили изобразить профессию мечты. К звонку на моем альбомном листе красовался физически развитый парень с метлой. Эдакий супердворник. Просто я хотел перекрасить все дома нашего серого города, вымести весь мусор и создать на его территории семь чудес света, чтобы все могли посмотреть на мой родной край. Эти мечты обуревали меня лет до 18… 

– Учеба в Москве была много позже. А сначала вы двинули в ПТУ. 

– У меня не было выбора. В 15 лет, через два дня после выпускного, я устроился работать слесарем на угольный разрез. Хотел заработать денег на поступление в «Щуку». Ближе к осени мастер предложил мне пойти поучиться. Так я получил диплом слесаря-электрика по монтажу и демонтажу горного оборудования… Потом узнал про Омский институт инженеров транспорта. Тамошним студентам полагались бесплатные билеты до места жительства. В тот же вечер, никому не сказав, я убежал с работы и через 12 часов был в Омске. С утра подал документы, а уже через несколько часов сдавал экзамены. Получил двойку, подал на апелляцию, умудрился написать на четыре и поступил на механический факультет транспортной академии. Затем четырежды поступал в Театральный институт в Москве. Первые два раза искренне пытался прочитать все честно, открыто. Но эта открытость пугала педагогов! В конце концов понял, что лучше прий­ти на экзамен забитым мальчиком, с причесанной набок челочкой, в поддернутых повыше штанах. Если добавить абсолютное неумение читать стихи, то успех обеспечен. Я даже репетировал, как забываю текст, как сильно волнуюсь. В итоге меня взяли сразу несколько вузов. 


Сны в «Крестах» и стрельба в шаверменной

– В столице почувствовали себя провинциалом? 

– Конечно, именно поэтому и пере­ехал в Питер. Этому городу всего-то 315 лет, и тут все понаехали. Впервые я оказался здесь сразу после наступления нового, 1993 года. Несмотря на мусор, палатки, шестисотые «мерседесы» с водителями в малиновых пиджаках, книжные развалы, стихийные рынки, торгующие китайскими пуховиками, грязный снег с уныло торчащими елками, город показался мне божественным… 

Больше архитектурных красот в Питере поразили люди. Количество творческих товарищей на квадратный метр зашкаливало. Вокруг были одни музыканты, поэты, художники и модельеры. «А кто работает-то?» – недоумевал я.

– Почему в ваш список не вошли бандиты? 

– Наверное, повезло. Самое смешное, что недавно меня пытались ограбить. Ночью вышел с тренировки по боксу. Ко мне подошли два парня и попросили телефон. Я был шокирован их борзостью: «Послушайте, это кружок бокса, откуда через секунду начнут выходить ребята. Вы не сможете уйти дворами. А по прямой вряд ли успеете развить скорость, на которую способны разгневанные вашим неблагородным поступком боксеры». Они вняли… 

– Вы якшались с криминальным элементом? 

– Было и такое. Однажды попал в перестрелку из-за спектакля. Не сошлись во мнениях по поводу постановки. В общем, мне не понравилось поведение человека, я сделал ему замечание. В итоге – массовая драка с беготней, разборками и стрельбой в шаверменной. А в 2003 году даже побывал в «Крестах» (Сизо № 1. – Прим. «ЗН»). Тогда бандиты помогали нам снимать
«Ментовские войны». Мы пришли к начальнику тюрьмы с просьбой разрешить съемки эпизода, в котором бывшего милиционера в камере расстреливает снайпер. «Невозможно! Сразу же откроется ответная стрельба охраны», – отказал начальник. 

– Атмосфера в «Крестах» впечатлила? 

– Очень гнетущая. «Не вздумайте здесь засыпать, – говорили нам работники, – потом кошмары не отпустят». А мы неделями там дневали и ночевали. 

– Роль Шилова еще не достала?

– Не то слово! Вот сейчас закончили сезон, все утомились: актеры, сценаристы. Так что пока сосредоточусь на исторической картине «Годунов» и фильме об альтернативном будущем «Боты».

– О будущем – это как машины захватывают власть на планете? 

– Именно. Конфликт с собственным телефоном по поводу власти мне не грозит. Я не гонюсь за последним айфоном И даже сетями не пользовался, пока не возникла проблема фальшивых аккаунтов. 


О загсе пока не думаю

– Стареть не боитесь? 

– Современная фармакология позволит жить до ста лет. Но зачем? Может, стоит прожить меньше, но активнее? Правда, сейчас возрастные рамки сдвинулись, в 14 лет я считал своего 38-летнего отца глубоким стариком. А сейчас в этом возрасте жизнь только начинается. 

– То есть ваша дочь Женя считает вас добрым молодцем? 


– Тешу себя надеждой. Мои подруги тоже молодеют, так что я в курсе новых трендов, певцов, групп. Думаю, Женя не почувствует разницы. Надеюсь, с дочерью мы не застрянем в исходных «папа-дочь» и станем друзьями. Тогда она не будет думать на темы: «папа не должен видеть, что я курю, потому что он расстроится», «папа не должен видеть мою татуировку, потому что меня убьет», «папа не должен видеть тебя, потому что убьет нас обоих». Мне было бы интересно вместе разработать эскиз ее татуировки. 

– Вы образцовый отец! 

– Не приемлю психологического насилия над ребенком. Так что фраза «быстро принеси пульт от телевизора!» ко мне не относится. Но по принципиальным вопросам говорю с Женей подробно и долго. Бывает, срываюсь по мелочам. Однажды мне оставили Женю на две недели. В то время я писал сценарий, и в мозгу возникла идиллическая картина: сейчас сяду на свежем воздухе с чашечкой кофе и примусь набирать буквы. В итоге не написал ни строчки! Нет, я точно не готов стать матерью. Но пройдет еще лет восемь, и с удовольствием буду нянчить внуков или второго ребенка.

– Собираетесь в ЗАГС?

– В четвертый раз?! Пока я об этом не думаю.


Советский фанк и красные барабанные палочки

– Зачем вам музыкальная группа? 

– Вот мы и подошли к проблеме кризиса среднего возраста. Высшего удовольствия можно достигнуть, лишь когда делаешь что-то просто так. Все это родом из детства. Помню свою первую группу в школе, где мы за год выдавали пять-шесть песен с сомнительным звуком… Я был барабанщиком, главной головной болью которого была покраска барабанных палочек красной гуашью. Мне это представлялось особым шиком. И инструмент был знатным – барабан от стиральной машины, в который насыпали мелочь.

– В музыкальную школу ходили? 

– Не взяли. Сказали: «Ни слуха, ни голоса, ни чувства ритма». В театральном институте с Алексеем Веселкиным мы организовали группу «Моби Дик». Не сложилось… Но идея стала приобретать маниакальный характер, и когда образовался перерыв между съемками, стал собирать музыкантов. 

– Определили для себя жанр?

– Раньше работали в никому не нужном жанре «советский фанк». Это музыка моего детства, под которую я бешено носился по дому… Сейчас начали играть рок. 

Ключ Тургенева и кресло Петра Великого

– Кроме музыки у вас есть еще одна страсть – деревянная мебель. 

– Детство я провел среди опилок, деревяшек, станков и фрез – отец был высококлассным столяром. Именно он научил меня любить теплоту древесины, ее шероховатости… Моя коллекция началась с буфета, который я случайно обнаружил в антикварном магазине. Никто ничего о нем не знал, и я провел собственное расследование. Установил, что этот красавец – большая редкость, сотворен русскими мастерами фабрики Розенберга… А пока ходил вокруг да около, хозяин вожделенного предмета поднял цену в несколько раз. «Это же Розенберг!» – парировал он вопрос о внезапном подорожании. «Да, но об этом вы узнали от меня», – ответил я, что, впрочем, не повлияло на решение продавца. Так я стал владельцем одного из замечательных «Розенбергов», другой подобный находится в Эрмитаже. 

– Какие у вас еще раритеты имеются? 

– Предмет моей гордости – стул XV века. Купил его случайно: несчастный забулдыга принес мне его в непотребном состоянии. В мастерской его склеили, почистили, и перед нами предстала подлинная красота! Этот стул очень заинтересовал Эрмитаж, но я его не продал… В моей коллекции имеется и подлинное кресло Петра Первого. Каждый из моих гостей может почувствовать себя первым императором России! Еще я обожаю ключи. Один из главных экспонатов – ключ от письменного стола Ивана Серге­евича Тургенева. Стол сгорел во время пожара в Спасском-Лутовинове, а ключик остался… 

– Мало кто знает, что вы директор собственного предприятия по реставрации и изготовлению мебели. 

– Мастерскую открыл благодаря моему первому буфету. Отправился реставрировать его в цех, где и познакомился со своим будущим партнером. Теперь занимаюсь переговорами с клиентами, нередко уговариваю их не портить ценные вещи. Но не всем объяснишь, что модный прованс не стоит делать из русской антикварной мебели. Так что красишь дубовый трельяж эпохи модерна в белый цвет и плачешь… 

Парень со сложной судьбой

– Вы в прекрасной форме. В спортзал ходите регулярно? 

– Как раз сейчас этим активно занимаюсь. Чтобы заставить себя дотащиться до фитнеса, нужно поставить себе задачу. Или получить роль. Когда я занимался боксом, хотел быть чемпионом, так что поход в качалку был оправдан. А совсем недавно предложили сыграть спецназовца, и это значит – бег, автомат в руках и прочие активные действия. Приходится брать себя в руки. 

– Кстати, а как выглядит герой-любовник? Он похож на вас? 


– Дело не в том, как он выглядит, а как себя чувствует. Однажды провели эксперимент: к девушке подходили двое – культурист и парень со скрипкой. Выиграл второй. Почему? Женщина подсознательно думает: «У него есть талант, значит, он может заработать». И всегда ищет того, кто способен обеспечить ей отличное потомство. Так что для привлекательного образа надо носить скрипки. А вы спрашиваете, зачем я создал группу! Ходить с чехлом от гитары, чтобы все видели: я тоже на что-то гожусь. 

Амплуа героя-любовника не слишком люблю, потому что, читая подобный сценарий, сразу понимаю: на горизонте маячат солярий и огуречная маска на лицо. А когда этим заниматься? Поэтому мне ближе социальный герой, что называется «парень со сложной судьбой».

Александр Устюгов

Родился: 17 октября 1976 года в Экибастузе (Казахская ССР)

Семья: дочь от первого брака с актрисой Яниной Соколовской – Евгения (10 лет)

Образование: окончил Омский областной колледж культуры и искусства, Театральный институт им. Щукина

Карьера: в 2003-2014 годах – актер РАМТа. Снялся более чем в 50 фильмах и сериалах, среди которых: «Отцы и дети», «Иное», «Дорогой мой человек», «Снайперы: любовь под прицелом», «След тигра», «Викинг», «28 панфиловцев», «Золотая орда». В качестве режиссера снял картины: «Государственная защита», «Служу Советскому Союзу!», «Чума». Лауреат театральной премии «Чайка» в номинации «Злодей». Солист созданной им группы Ekibastuz 

Анна АБАКУМОВА, ООО «ТН-СТОЛИЦА» (специально для «ЗН»), фото Андрея ФЕДЕЧКО

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...