102 ножевых ранения за одно обидное слово

Судебная коллегия областного суда приговорила Александра Грунова, обвиняемого в убийстве студентки ГГУ имени Ф. Скорины Натальи Емельянчиковой, к высшей мере наказания — смертной казни. Корреспондент «ГП» присутствовала на судебных заседаниях.

«Злобу не затаил, но помнил»

Жестокое убийство произошло в прошлом году в Гомеле, в ночь с 19 на 20 сентября на улице Чечерской. Студентка ГГУ имени Ф. Скорины Наташа Емельянчикова возвращалась домой, где ее встретил парень, с которым она до этого виделась всего один раз в жизни. Это был 24-летний Александр Грунов. Буквально в нескольких шагах от подъезда, в котором жила Наташа, он перегородил ей дорогу. Девушка разговаривала по мобильному и успела только спросить, что ему надо, как убийца начал молча наносить ей удары ножом в лицо, шею, руки — 102 ножевых ранения, как потом установит судмедэкспертиза.

Через 16 часов после случившегося Грунова в качестве подозреваемого доставили в ОВД Центрального района г. Гомеля, где он сразу же написал явку с повинной и начал давать признательные показания.

В областном суде слушания по этому делу начались 28 января этого года. Судебное разбирательство проводилось в открытой форме. Обвиняемый рассказал, что впервые увидел Наташу за три месяца до убийства. В тот летний день он и его гражданская жена Марина в компании знакомых отдыхали в беседке. Мимо проходил Виктор Емельянчиков, с которым Грунов был знаком, вместе с ним была его сестра Наташа.

Емельянчиковы присоединились к молодежной компании из восьми человек, выпили немного. Между Мариной и Наташей разгорелась ссора из-за песни. Наташа просила не петь ее, потому что песня бередит раны ее брата, недавно расставшегося со своей девушкой. Александр Грунов стал между девушками, как он пояснил на суде, чтобы защищать Марину. Наташа в порыве обозвала его обидным словом.

Наталья Емельянчикова была жизнерадостной неконфликтной девушкой, об этом «ГП» рассказали ее друзья, которые посещали судебные заседания. Она не знала о том, что 24-летний Грунов недавно вернулся из мест лишения свободы, где отбывал наказание за совершение особо тяжкого преступления: в 2005 году он убил сожителя своей матери, за что был приговорен к восьми годам лишения свободы и в 2011 году освобожден по амнистии досрочно.

Не могла она знать и того, что для отсидевшего в тюрьме слово, произнесенное ею, воспринимается как самое последнее унижение. Ее старший брат Виктор, дававший показания в суде, рассказал, что он объяснил это Наташе на следующий день и просил больше такими словами никогда не бросаться.

Кто знает, если бы Виктор, который виделся с Груновым после той ссоры, попытался объяснить своему знакомому, что Наташа не со зла это сказала, если бы Наташа извинилась перед Груновым, возможно, всё было бы иначе. Впрочем, сослагательное наклонение в данном случае неуместно. А сам Грунов ни разу не обмолвился потом в разговоре с Виктором о нанесенной ему обиде, хотя, как он сам сказал на суде, «злобу не затаил, но помнил».

И вот однажды он случайно увидел Наталью в городском автобусе, она ехала со своей подружкой. Ничего не сказав своей гражданской жене Марине и знакомому, с которыми он ехал в этом автобусе, Грунов выскочил на остановку раньше Наташи и побежал дворами к ее дому, «чтобы убить».

Главная свидетельница со стороны обвиняемого Марина вела себя на первых судебных заседаниях вызывающе уверенно. Она рассказала, что познакомилась с Александром год назад и через неделю после этого знакомства они стали жить вместе. Говорила, что после случившегося не собирается разрывать отношения с Груновым, наоборот, намерена узаконить их.

Грунов полностью признавал свою вину в содеянном и говорил, что убийство он совершил в одиночку, его друг Георгий и Марина не имеют к этому никакого отношения, «они были не в курсе того, что произошло той ночью». После убийства он прибежал к себе домой — его дом находится неподалеку от Наташиного, — застирал одежду, позвонил Марине и знакомому, встретился с ними. Во время ночной прогулки он выбросил в озеро нож, которым убивал Наташу.

Судебный процесс был прерван в связи с проведением дополнительной психолого-психиатрической экспертизы Грунова. В мае судебное разбирательство возобновилось: было зачитано заключение управления судебно-психиатрических экспертиз о том, что обвиняемый был вменяем на момент инкриминируемого ему деяния: «действовал целенаправленно, мог в полной мере осознавать значение своих действий, руководить ими».

Неожиданный поворот

Судебное расследование этого уголовного дела шло к завершению, и вдруг неожиданный поворот. Не проявлявший до сих пор никакой инициативы Грунов обратился к суду с просьбой рассмотреть заявление и приобщить его к материалам дела. Приведу дословно некоторые выдержки из заявления, написанного обвиняемым Груновым:

«Спешу заявить о действительном чистосердечном признании и извиниться за то, что отнял у вас много времени. Я должен был сделать эти признания в начале предварительного следствия и в процессе всего судебного разбирательства. Я готов предоставить ту информацию, что не оглашалась ранее, и искренне надеюсь на то, что вы поможете разобраться точно и конструктивно. Учитывая, что я не имею возможности изложить все мысли на бумаге в связи с тем, что в письменности и грамматике не имею нормативного развития, но, тем не менее, я не лишен всего другого и из человеческой морали обязан заявить то, что по данному преступлению Марина является пособницей и подстрекательницей».

Далее он пишет, что она выбрасывала нож и стирала кровь с дверной ручки, застирывала майку и промывала тазики, в которых стиралась одежда со следами крови убитой девушки.

«Скандал возник вначале у Натальи с Мариной. Мне только не ясно, почему Наталья переключилась на меня и почему использовала эти слова и все нецензурные лексики, ведь Виктор знал, насколько ранимы эти слова, и ничего не предпринял. А я хотел всего лишь объяснения или извинения. И, видимо, в тот вечер мы с Натальей оказались слишком заносчивы. А Марина свою роль сыграла в подстрекательстве и пособничестве», — пишет обвиняемый.

Судья спросил у него, почему он раньше молчал об этих фактах и вдруг решил заговорить?

— Потому что я считал, что этого не надо делать. Я много чего раньше не видел и не знал. Сейчас посмотрел со стороны, и стало более заметно, — ответил Грунов.

Также обвиняемый рассказал, что на данный момент не поддерживает с Мариной никаких отношений и что инициатором расставания был он, когда узнал, что она ему неверна: у нее сейчас отношения с другим парнем.

— Поясните, почему вы считаете, что Марина является подстрекательницей? — задает вопрос обвинитель.

— Она мне говорила, что надо убить.

— Она говорила вам, что вы должны предпринять какие-то действия?

— Нет, в основном говорила: «Почему ты позволяешь себя оскорблять?»

Гособвинитель снова стала в деталях выяснять, что происходило в день убийства и после него. Интересовалась также, что произошло между Груновым и Мариной, ведь на предыдущих судебных заседаниях оба характеризовали друг друга исключительно с положительной стороны. Обвиняемый отвечал на все вопросы суда, впервые за время судебных заседаний он говорил много, охотно и был непривычно оживлен.

Марина пояснила суду: обвиняемый начал мстить ей за то, что она сказала о прекращении их отношений. Сказала, что после той ссоры в беседке никогда не вспоминала о Наташе. О совершенном им убийстве узнала, только когда к ним домой приехала милиция. Никаких его вещей со следами крови не стирала, той ночью они пришли домой с прогулки, и он сказал ей ложиться спать, не включая свет в квартире. Марина созналась, что при даче показаний из-за страха «немножко наврала» насчет его поведения.

— Я его боюсь. Он сказал: «Если я выйду, а я выйду, всем отдам свое». Что бы там ни было, жить хочется. Есть веские доказательства, что он применял раньше по отношению ко мне силу, я писала неоднократно заявления в милицию, — пояснила она.

На вопрос обвинителя, в связи с чем, на ее взгляд, Грунов написал это заявление, она ответила:

— Вы знаете, когда я к нему пришла на свидание 8 мая и предложила расстаться, он сказал мне: «Если бы не клетка, я бы тебя сейчас порвал. Если ты меня бросишь, я сделаю всё, что бы тебе было плохо».

— В заявлении говорится, что вы его подстрекали к убийству, это правда? Что вы можете сказать по этому поводу? — спросил судья.

— Нет, это неправда. Потому что в этом убийстве для меня нет никакого смысла.

— На прошлом заседании вы говорили, что готовы зарегистрировать с ним официальный брак…

— Да, я помню, я так говорила, потому что боялась его. Понимаете? Я не знаю, что творится в голове у такого человека.

После озвучивания заявления обвиняемого были допрошены также и другие свидетели по этому делу. Но факты, изложенные в заявлении Грунова о подстрекательстве к убийству и пособничестве его гражданской жены, не нашли своего подтверждения. В прениях прокурор запросила для обвиняемого высшую меру наказания в виде смертной казни.

Последнее слово Грунова было сказано тусклым, еле слышным голосом:

— Я хотел попросить прощения у матери Натальи, если это возможно…

Длительная пауза. Вопрос судьи: «Вам больше нечего сказать?»

— Я не знаю, что говорить.

— Но вы же думали, наверное?

Длительная пауза.

— Что сказать в свое оправдание, не знаю…

Вот и все… Мать убитой Наташи говорила потом, что ни разу не увидела на лице убийцы следов раскаяния.

На судебном заседании был оглашен приговор судебной коллегии: признать Александра Грунова виновным в умышленном убийстве, совершенном с особой жестокостью, и приговорить к высшей мере наказания — смертной казни.

Невыносимо было смотреть на двух матерей — убитой Наташи Емельянчиковой и приговоренного к расстрелу Грунова. Мать Грунова, выйдя из здания суда, надрывно кричала родственникам Наташи: «Радуйтесь!» На что мама Наташи ответила: «Да, после того как твой сын убил мою дочку, мне теперь только радоваться и остается». Она сказала «ГП», что памятник Наташе уже готов. Он будет установлен в годовщину смерти дочери.

— Я знал Грунова, он мне всегда казался спокойным. Подумать не мог, что он на такое пойдет. Я после этого на друзей стал по-другому смотреть, приглядываюсь к ним, — признался в приватной беседе Виктор Емельянчиков. — Сестра снится мне постоянно, как правило, в детском возрасте. Она мне всегда звонила, когда поздно возвращалась, и я всегда ее встречал… Но в тот день не позвонила…. Если бы Наташа слышала меня сейчас, прощения просил бы у нее.

P.S. Тем временем мать Грунова намерена обжаловать приговор в Верховном суде.

Наталья ПРИГОДИЧ, «Гомельская праўда»

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости