Аннушка пролила масло
В квартире Поля Элюара Предательски скрипит паркет. Поет супружеская пара, Звучит лирический дуэт... Увы, здесь русский слог не властен. (В закланье голову отдам). Хотя глаза горят отчасти У чувственных французских дам...
Проливание подсолнечного масла комсомолкой Аннушкой на Патриарших прудах, столь блистательно воспетое Михаилом Булгаковым, уже давно стало событием нарицательным, пророчащим большие неприятности. В моем же лирическом повествовании происшествие на парижском Монмартре, случившееся 20 лет назад с бывшим членом ВЛКСМ учительницей русского языка Анной Анатольевной, надеюсь, вызовет лишь добрую улыбку на лице любезного читателя. Впрочем, обо всем по порядку.
 Пару лет назад, вернувшись с супругой из Парижа, я написал ироничное стихотворение о наших французских приключениях. Надо сказать, приключения эти носили вполне добродушный и познавательный характер. Мы были изумлены и искренне обрадованы, узнав, например, что в квартире, где на несколько дней нас приютила одна милая парижанка, полвека назад проживал великий французский поэт Поль Элюар. Уже потом, вернувшись в Минск и заглянув в энциклопедию, я с удивлением обнаружил, что год моего рождения совпал с годом смерти Элюара. По этому поводу даже сказал жене сакраментальную фразу: «Свято место пусто не бывает!» И тут же услышал в ответ: «Эка, братец, размечтался!»
Раззадоренный этим происшествием, я ударился в рассуждения в стихах по поводу всего случившегося. Описал я и наш с Галиной приватный концерт, на котором присутствовали зрители, мало что понимающие по–русски. Помню, как они буквально оживали, когда мы начинали петь французскую поэзию на их родном языке. А вот «бедный» Александр Сергеевич Пушкин совершенно не волновал благодарных зрителей своим изысканным слогом.
«Одну минуточку!» — воскликнет нетерпеливый читатель, прижимая к груди томик «Евгения Онегина», — а что это вы там про русский слог написали? Это вы на что намекаете?»
Да ни на что я не намекаю. И французы здесь только к слову. Хотите — поменяйте их на норвежцев или португальцев. Искусство, конечно, штука интернациональная, но высокая поэзия практически не переводится на другие языки без потерь. Все дело лишь в процентном соотношении этих потерь. Пастернак, переводивший Гете или Шекспира, мало что оставлял от оригинала. Просто были написаны новые потрясающие пастернаковские стихи по мотивам произведений тех или иных великих поэтов.
Что же касается Пушкина, он неподвластен переводам без катастрофических потерь, а посему его на Западе не могут по достоинству оценить как поэта. А значит, и полюбить так же, как и мы, беззаветно и трепетно. Увы, но сегодня современный великий русский язык, который, собственно говоря, и начался с Пушкина, не подвластен не только иноземцам, но и очень многим гражданам бывшей Российской империи.
Боже, как мы говорим! Что читаем, если вообще читаем!
А речь отдельных граждан просто вызывает уныние, если не сказать ужасает. Милая беседа юных безусых отпрысков где–нибудь на остановке общественного транспорта больше напоминает тарабарский диалект, состоящий из микста русской ненормативной лексики и компьютерного сленга.
 Время от времени, выходя на сцену на концертах перед старшеклассниками, с грустью понимаешь, как их оглушила компьютеризация всей страны, сработавшая подобно взрывному устройству. Книги для многих — это уже вчерашний день. Мы скоро разучимся грамотно писать. А зачем теперь это? Компьютер подчеркнет грамматические ошибки и даже поправит их «автоматом».
Впрочем, что это я на наших набросился?! В Германии, например, одна учительница словесности долго благодарила нас за то, что мы включили в свою школьную программу песни на стихи Гете и Гейне. «Вы, — говорила она, — несете немецкую культуру в немецкий народ». И самое смешное, что в словах ее не было и намека на иронию... Ну да ладно с ними, с немцами, и с французами ладно. В их доме также не все в порядке с культурой. Но они как–то сопротивляются. На их телевизионных и радиоканалах есть хотя бы программы с классической музыкой. А нам как быть?
Конечно, литературная речь за последние десятилетия претерпела значительные изменения. Эволюции, революции, войны и другие потрясения сделали свое черное дело. С приходом лаконичности ушло языковое богатство. Словарный запас у некоторых граждан, и без того небогатый, стал приближаться к запасу Эллочки–людоедки из романа «Двенадцать стульев».
Время — деньги. К чему терять драгоценные секунды на выстраивание литературной фразы: «Как поживаете, уважаемый Петр Николаевич»? Куда проще мимоходом бросить: «Как дела, старик?» У немцев еще лаконичнее: «Как идет?» А французы сократили приветствие до одного слова: «Дела?»
Впрочем, люди на Земле в большинстве своем сердечные... В беде не бросят, даже когда ты не знаешь их родной заграничный язык. Существует ведь еще язык жестов, мимики, в общем, пантомима...
На прощание расскажу одну байку. Случилось это с нашими соседями по лестничной площадке, поехавшими в 1990 году во Францию в гости к друзьям. Это были времена первых выездов в капстраны без согласования с партийными органами. В общем, поехали Вовка с Анкой в Париж.
И если Володя по образованию был франкоязычным специалистом, то его милая жена Аннушка была просто учительницей русского языка. Пушкина она знала отменно, а вот с французским языком практически соприкасалась лишь в виде собственного супруга. Готовясь к поездке, муж настоял–таки на том, чтобы она выучила хотя бы несколько ключевых фраз на случай непредвиденных обстоятельств. И главной из этих фраз была «Извините, я не говорю по–французски».
И, конечно же, там, в Париже, Аннушка пролила масло, то бишь потерялась в парижской толпе. Бедный Володя несколько мгновений метался по Монмартру и неожиданно увидел вдали свою супругу, которая совершенно свободно общалась с каким–то французиком. Издали ему виделся диалог, в котором его супруга говорила без перерыва длинными фразами в ответ на короткие мужские реплики. Приблизившись, наш сосед услышал настоящую французскую речь, что зародило в нем смутные подозрения относительно супруги. Но страхи развеялись, едва обескураженный Вова расслышал то, что говорила Аня. А говорила она одну единственную фразу из французских познаний Кисы Воробьянинова, которая намертво засела у нее в подсознании. На вопрос случайного прохожего вместо заготовленной на все случаи жизни фразы «Мсье, я не говорю по–французски!» Анна Анатольевна лепетала: «Мсье, я не ела шесть дней». Француз пытался улизнуть, что–то бормотал на непонятном ей языке. И всякий раз его настигала убийственная фраза о голодной жизни советской туристки... К счастью, все обошлось, поскольку подоспевший муж прервал это вымогательство.
Так что учите, господа, иностранные языки. Да и свой не забывайте, если получится, конечно. Это пожелание я и себе адресую.
Борис ВАЙХАНСКИЙ.
Дата публикации: 25.03.2010
<a href="http://www.sb.by/post/98376/">Аннушка пролила масло</a>
Добавить комментарий
|
Версия для печати
Отправить по почте
Добавить в блог
Комментарии
Хорошо рассуждаете Уважаемый, да вот только не мешало бы Вам перечитать классика. Аннушка, разлившая масло, комсомолкой не была, а исходя из текста романа носила прозвище "Чума" и по возрасту могла быть лишь коммунисткой.Так, что прежде чем рассуждать на заоблочные темы не мешало-бы сначала посмотреть себе под ноги!!! С уважением "Читатель"
реплика »
Опять этот пустой автор
реплика »
А вам бы не мешало и грамматикой заняться - "заоблочные" от слова блоки? :)
реплика »
А Автор не такой уж и пустой, господин Читатель под номером 2. По крайней мере, в отличие от вас пишет нормальным русским языком. Вы же сотрясаете пустоту никчемным предложением. А слабó самому написать пару литературных фраз? Про то, чтобы напечатали их, я уже не говорю. Но если такое чудо случится, поверьте, вам мало не покажется. Так что, если Автор пустой, то вы – полный Ноль. А цифирку «2» вы себе присвоили незаслуженно.
реплика »
Приятная неожиданность. Открываю для себя Бориса Вайханского в новом качестве. Хорошее перо. Интересная статья. Боря, поздравляю!
реплика »
Начав публиковаться,Б.В. хоть поймёт,что его не любят за бахвальство.Из зала ему об этом не скажешь.
реплика »
Боренька, спасибо! Всё так и было!
реплика »
А почему из зала нельзя такое сказать? Не потому ли, что в зале таких как вы не бывает?Интернет всё стерпит!
реплика »
Последние годы стараюсь не пропускать концерты Галины и Бориса Вайханских у себя дома в Минске. Мне нравятся эти музыканты. Нравятся их песни. Но особенно подкупает их открытость и чистота. И очень мне по душе их самоирония. Концертные конферансы Бориса - это постоянное дурашливое подтрунивание над самим собой. Рассказывая со сцены свои актерские были и небылицы, он будто предлагает зрителю посмеяться над автором, тем самым выбивая перо из рук злых пересмешников. Впрочем, думаю, что на концерты Вайханских уже давно не ходят случайные зрители. А вот газетные читатели – люди по большей части пришлые.
К сожалению, те же самые байки, перенесенные на газетные листы и лишенные авторского голоса, подчас утрачивают привкус самоиронии и воспринимаются кое-кем лобово. Отсюда и обвинения в хвастовстве. Критика в основном носит неконструктивный характер. Нападающие действуют по принципу тявканья из подворотни. Правда, тут же на ум приходят строки Ивана Крылова: «Ах, моська, знать она сильна, что лает на слона!»
А виной всему простая человеческая ущербность, которую мы зовём завистью. Завидовать – значит сравнивать себя с другими, заранее признавая, что они являются в жизни победителями, а вы - проигравшими.
реплика »
Адвокаты у автора люди серьезные, начитанные. :) Прежде на концертах Вайханских никогда не был, но теперь обязательно схожу. Посмотрю, как там дело обстоит с самоиронией :) А вообще, спасибо газете за авторские публикации барда и особенно за читательские отклики, среди которых есть вполне вменяемые высказывания.
реплика »