Казалось бы, куда уж дальше от исторических исследований и краеведческого поиска может быть специалист по современным автомобилям и тракторам! Но нет, доктор технических наук, профессор БНТУ Владимир Яцкевич как раз и есть тот самый яркий пример, когда вдруг человеку становится тесно в рамках технократизма. И он тогда, скажем, увлекается собственной родословной. Но кто же у нас много знает о своих прадедах и прапрадедах, когда даже история государства долгое время «начиналась» с 1917 года? А Владимир Владимирович узнал, и немало. Причем не только о собственной семье, но параллельно — и о родных местах, о людях, которые жили вокруг да около.
Написанное — остается
Вряд ли несколько столетий назад полоцкий крепостной крестьянин Стефан Яцкевич думал о том, что о нем доведается его потомок в восьмом (!) поколении. Но, как известно, нет ничего невозможного для человека по–настоящему увлеченного. Работал над созданием семейного генеалогического древа Владимир Владимирович несколько лет и теперь, уже приобретя немалый опыт, может давать советы со знанием дела:
— Необходимо знать несколько базовых вещей. И первое здесь — вероисповедание предков. Если они христиане, хорошо бы иметь сведения, в каком конкретно храме крестились, и тогда можно поднять соответствующие метрические книги в архиве. Еще один источник информации — инвентари помещичьих имений. С дворянами легче — там всегда велся довольно строгий персональный учет. Мне попадались списки дворянских родов из 14 — 15 поколений! Но мои корни — крестьянские. Поэтому для меня открывались только два источника: церковные записи и инвентари. Можно сделать запрос в исторический архив, но очередь там внушительная. Лучше работать самому. Тогда появляется возможность учитывать множество косвенных признаков, которые постороннему человеку просто неизвестны, но которые помогают быстрее разобраться в хитросплетениях давних времен.
— Некоторые теперь ищут предков с намерением узнать о себе нечто особенное: вдруг, например, откроется, что прадедушка, пусть и не граф, но, возможно, внебрачный графский сын...
— Признаюсь, и я не без некоей подобной тайной надежды приступил к сбору информации, — со смехом кается Владимир Владимирович. — В каком–то смысле подвигла меня на поиск семейная легенда.
Рядом с нашей деревней находилось бывшее панское поместье Быковщина. И якобы у моей бабки Маланки в юности приключилась некая романтическая история с одним из обитателей той усадьбы. Так что я даже решил проверить свою фамилию по дворянским реестрам. Да где там... Поименный список своих предков–крепостных отыскал в инвентаре помещика Ивана Фаддеевича Буйницкого. Тогда же изучил их образ жизни в подробностях. Потом даже опубликовал большую статью под названием «Як працавалi на зямлi нашы продкi».
«Тайна гробницы»
Значительную главу в краеведческих поисках профессора Яцкевича занимает сюжет о семье Поклевских–Козеллов — людей известных в прошлом и позапрошлом столетиях не только в белорусских, полоцких землях.
— Почему именно Поклевские–Козеллы?
— Начну издалека. Места наши довольно глухие. Достаточно сказать, что электрический свет в моей родной деревне Плиски появился только в 1964 году. И вот представьте: рядом Быковщина — с большим красивым каменным домом, где по вечерам сияет свет. Для нас — целое чудо! В той усадьбе организовали детский дом еще в 1924 году. А тут еще загадка полуразрушенного склепа, о котором ходили легенды. Старожилы рассказывали, что раньше там возвышался красивый костел.
Непосредственно же на Поклевских–Козеллов я вышел, когда работал с материалами о помещике Буйницком. Выяснилось, что его назначили опекуном над имением Быковщина, принадлежавшем Поклевским–Козеллам. Тогда–то я и обратился к местным старожилам. И вот что услышал от Феклы Ильиничны Яцкевич: «Склеп Козеллов разбивали в 1926 году, из него вытаскивали гробы. Помню, лежит покойник в черном шарфике и выглядит так, будто умер вчера. Но после одного удара кувалдой местного кузнеца все тут же рассыпалось в прах... Люди собрали останки в ящик и отвезли на деревенское кладбище. Драгоценности, что были на покойниках, забирали под опись. На все это водили смотреть детей...»
А потом местный краевед–подвижник Виктор Карасев сообщил мне, что в деревне Малашово, недалеко от Ветрино, нашел в канаве при дороге странный заросший камень. Когда мы его очистили от мха, на нем прочитали надпись: камень положен на могилу бабушки Анжелики Поклевской ее внуком Адольфом в 1896 году. Сразу возник вопрос: как камень оказался в канаве? Виктор Карасев отыскал старожила, рассказавшего еще одну яркую историю, главным фигурантом которой снова выступил местный кузнец, правда, уже другой. Так вот, после Великой Отечественной войны решили поставить в Ветрино памятник погибшим воинам и партизанам. И кузнец привез для фундамента огромный камень — метра два в длину, сантиметров 40 в толщину, шириной около метра и весом килограммов 600 — 800. Но каменная плита так и не понадобилась. Тогда кузнец забрал ее домой и положил в качестве порога. Люди стали предостерегать: камень–то надмогильный, топтать его — тяжкий грех! Вот он и сбросил камень через дорогу в канаву возле кузницы, где тот и пролежал лет пятьдесят. Карасев с помощниками наняли грузовик и отвезли плиту на сельское кладбище — туда, где покоится прах Поклевских из бывшей фамильной гробницы.
В наших краях много ледниковых валунов. Виктор Карасев решил, что можно ставить эти валуны с мемориальными табличками в память о знаменитых земляках. Теперь уже десятка два наберется...
— Ну а что же красивый костел над склепом? Действительно существовал?
— Конечно! Вот посмотрите, как выглядел. Согласитесь: впечатляет! — мой собеседник достает из внушительной стопки лист с ксерокопированным изображением храма. — Местное население было переведено из униатов в православные только в 1837 году. Первоначально генерал–губернатор не разрешил Поклевским–Козеллам строить костел. Сами Поклевские исповедовали католицизм и относили себя к полякам. Потом они добились разрешения, но с условием не проводить в храме богослужений для местных жителей, а использовать его только для потребностей семьи и семейной усыпальницы: Альфонс Фомич Поклевский пожелал быть похороненным на родине, а не в Сибири, где прожил жизнь и стал очень авторитетным человеком... Костел разгромили, как и гробы, в 1926 году. Кирпич разобрали на свои нужды местные жители.
Две ветви одного рода
Вообще, род Козеллов–Поклевских — древний. Происходит с Приднепровья. И поначалу звался просто — Козел. Одна ветвь тех Козелов осела в Быковщине, вторая — в Сервечи на Вилейщине. А вот представители второй ветви стали активными участниками восстания 1830 — 1831, 1863 — 1864 годов. И хоть, получается, стояли родичи по разные стороны баррикад, первые Поклевские не отреклись от вторых и помогали им, когда тех сослали за участие в восстании.
Надо сказать, Владимир Яцкевич так увлекся историческими поисками, что даже отыскал современных потомков Поклевских. По совету одного из них Владимир Владимирович установил контакт с Татьяной Масуновой, ученым секретарем музея в Екатеринбурге, которая там ведает архивом Поклевских–Козеллов. Есть еще историческое общество, занимающееся наследием Поклевских, в Тюмени, где работает Сергей Филь. Поклевские–Козеллы из белорусской Быковщины теснейшим образом причастны к масштабному освоению Урала и Сибири, строительству там железных дорог, речных пароходов, организации речных перевозок во второй половине XIX века...
День сегодняшний
Восстановил Владимир Владимирович и всю историю 260–й стрелковой дивизии, в которой воевал его отец: он погиб в октябре 1942 года. А до войны работал директором школы в Улле на Витебщине.
Рассказывая о своих поисках, Владимир Владимирович достает из папок все новые и новые материалы. А ведь в Быковщине много историко–культурных ценностей. Усадьба Поклевских–Козеллов XIX века включена в туристические и экскурсионные маршруты Полоцкого района. Ее органично дополняют окрестные деревни с валунами, установленными в память известных земляков. Места красивые, с богатыми традициями. Где еще воспитывать патриотизм молодежи, как не здесь? Ведь надо же кому–то передавать эстафету предков, которую чуть не выпустили из рук. Теперь–то дело уже за новым поколением...
19:17:4104.07.2012Виктор, инженер. Мы действительно все чаще и чаще задаем себе вопрос, простой и сложный одновременно: из какой почвы произрастают наши глубинные корни, кто наши предки, от которых нам достались не только цвет волос и разрез глаз, но и характер, традиции, вкусы, менталитет? И дело не только в простом любопытстве, хотя и это присутствует, конечно. Дело в том, что таким образом мы стараемся нащупать в прошлом опору для своего дня сегодняшнего и тот фундамент, на котором можно строить будущее. К сожалению, до сих пор именно такой опоры нам всем — и стране, и народу в целом, и каждому отдельному человеку — очень не хватает.
ответить »
19:18:2504.07.2012Алекс Не смешите... Какие такие родословные могут быть в крестьянской стране? Максимум чего добьетесь — обнаружите имя своего предка в каком–нибудь списке крепостных. Вот счастье–то...
ответить »
08:24:5205.07.2012Петр,пенсионер Alex,зачем же так унижать моих соотечественников.Я сейчас не хочу приводить имена многочисленных великих ученых,политиков,художников,писателей,полководцев и многих других знаменитых людей моего отечества и не их вина,что многих из них судьба разбросала по миру
главное - они оставили человечеству свои открытия и шедевры искусства.И пусть люди ищут и узнают свою родословную,тем самым они изучают нашу историю,а она и трагична и величественна,а если Вы считаете,что Европа со своим научно-техническим потенциалом основана не выходцами из крестьян и ремесленников,то это по крайней мере даже не смешно ...
ответить »
19:18:5504.07.2012Любопытная А мне просто интересно: где жили мои прапра... какие были у них имена? Например, знаю, что одну из прабабок звали Фекла, а другую — Матрена. Правда, красиво?
Казалось бы, куда уж дальше от исторических исследований и краеведческого поиска может быть специалист по современным автомобилям и тракторам! Но нет, доктор технических наук, профессор БНТУ Владимир Яцкевич как раз и есть тот самый яркий пример, когда вдруг человеку становится тесно в рамках технократизма. И он тогда, скажем, увлекается собственной родословной. Но кто же у нас много знает о своих прадедах и прапрадедах, когда даже история государства долгое время «начиналась» с 1917 года? А Владимир Владимирович узнал, и немало. Причем не только о собственной семье, но параллельно — и о родных местах, о людях, которые жили вокруг да около.
Значительную главу в краеведческих поисках профессора Яцкевича занимает сюжет о семье Поклевских–Козеллов — людей известных в прошлом и позапрошлом столетиях не только в белорусских, полоцких землях.
А потом местный краевед–подвижник Виктор Карасев сообщил мне, что в деревне Малашово, недалеко от Ветрино, нашел в канаве при дороге странный заросший камень. Когда мы его очистили от мха, на нем прочитали надпись: камень положен на могилу бабушки Анжелики Поклевской ее внуком Адольфом в 1896 году. Сразу возник вопрос: как камень оказался в канаве? Виктор Карасев отыскал старожила, рассказавшего еще одну яркую историю, главным фигурантом которой снова выступил местный кузнец, правда, уже другой. Так вот, после Великой Отечественной войны решили поставить в Ветрино памятник погибшим воинам и партизанам. И кузнец привез для фундамента огромный камень — метра два в длину, сантиметров 40 в толщину, шириной около метра и весом килограммов 600 — 800. Но каменная плита так и не понадобилась. Тогда кузнец забрал ее домой и положил в качестве порога. Люди стали предостерегать: камень–то надмогильный, топтать его — тяжкий грех! Вот он и сбросил камень через дорогу в канаву возле кузницы, где тот и пролежал лет пятьдесят. Карасев с помощниками наняли грузовик и отвезли плиту на сельское кладбище — туда, где покоится прах Поклевских из бывшей фамильной гробницы.
Комментарии
Мы действительно все чаще и чаще задаем себе вопрос, простой и сложный одновременно: из какой почвы произрастают наши глубинные корни, кто наши предки, от которых нам достались не только цвет волос и разрез глаз, но и характер, традиции, вкусы, менталитет? И дело не только в простом любопытстве, хотя и это присутствует, конечно. Дело в том, что таким образом мы стараемся нащупать в прошлом опору для своего дня сегодняшнего и тот фундамент, на котором можно строить будущее. К сожалению, до сих пор именно такой опоры нам всем — и стране, и народу в целом, и каждому отдельному человеку — очень не хватает.
ответить »
Не смешите... Какие такие родословные могут быть в крестьянской стране? Максимум чего добьетесь — обнаружите имя своего предка в каком–нибудь списке крепостных. Вот счастье–то...
ответить »
Alex,зачем же так унижать моих соотечественников.Я сейчас не хочу приводить имена многочисленных великих ученых,политиков,художников,писателей,полководцев и многих других знаменитых людей моего отечества и не их вина,что многих из них судьба разбросала по миру
главное - они оставили человечеству свои открытия и шедевры искусства.И пусть люди ищут и узнают свою родословную,тем самым они изучают нашу историю,а она и трагична и величественна,а если Вы считаете,что Европа со своим научно-техническим потенциалом основана не выходцами из крестьян и ремесленников,то это по крайней мере даже не смешно ...
ответить »
А мне просто интересно: где жили мои прапра... какие были у них имена? Например, знаю, что одну из прабабок звали Фекла, а другую — Матрена. Правда, красиво?
ответить »